Артефактор. Книга 1. Оживший камень

Такой, что голова кружится, а ноги подкашиваются. Мир кажется крошечным — в ладони можно взять. Доля секунды и всё наоборот, ты песчинка в необъятной вселенной.

Невероятное удовольствие. И пугающее, особенно с непривычки.

Но я хорошо помнил, каково это. Тем не менее это было прекрасно.

Олеандр распушился, листики окрепли и стали плотнее. А среди новых ветвей набухал один единственный бутон. Я нежно погладил его пальцем и почуял слабый аромат.

Завтра он расцветет и можно приступать.

— Ты уж порадуй меня, — напоследок велел я бутону и отправился собираться на вечернее мероприятие.

Лишь бы Павлова не явилась раньше времени, до того как я срежу цветок. Никакой артефакт так быстро сработать не мог, а цвести олеандру положено было через несколько дней.

Костюм я выбрал скромный. Такой с трудом нашелся в гардеробе, но мне нужно было не выделяться среди богато наряженной толпы. Пусть лучше меня принимают за представителя обедневшего рода, скрывающегося под маской по этой причине.

Масок, к слову, нашлось десятка два. Всё-таки популярный метод среди молодой аристократии.

Если раньше сокрытием личности пользовались для анонимности, то сейчас это стало больше модным развлечением, которое использовали без особой необходимости.

И мне это было как нельзя кстати. Встречи со старыми знакомыми грозили потерей времени и, скорее всего, физическими увечьями. Отношения с местным приставом у меня вроде наладились, но к чему лишний раз человека от работы отвлекать.

Маску я тоже выбрал самую простую, но плотно закрывающую всё лицо.

Прихватил один из накопителей и как раз успел втихаря подкрепиться на кухне, когда от ворот просигналили. Прибыл Головин.

Друг предусмотрительно воспользовался такси. Довольно глупо приезжать инкогнито на своей машине. Я сел внутрь и не сдержал усмешки.

Капитан, в отличие от меня, оделся в самый свой лучший костюм. Маска его была небольшой и закрывала только глаза.

— Что-то не так? — насторожился Николай и осмотрел себя.

Всё было прекрасно. Вот только его выдавали роскошные усы, по которым опознать Головина было несложно.

— С таким, — я потер верхнюю губу, — в преступники тебе точно нельзя.

— Да как вы мне все надоели с этими усами! — взвился капитан. — Сбрею! Решено! Подождите нас, — приказал он водителю и ринулся из автомобиля.

С густой порослью Головин расправился безжалостно и яростно, как только не порезался.