Министерство Астрологии

Сейчас конференция распускается на обеденный перерыв, и во второй половине дня мы коснёмся таких тем, как… «Экспериментальная стоматология для Огненных и Земных Знаков», «Созвездие Стрельца: центр галактики и природная харизма», «Отличие ЛГБТ и зодиакальных прайд-парадов: возможно ли в России второе без первого?», «Опасная тенденция утечки образованных представителей Воздушных знаков за рубеж», «Карты Таро: историческая ценность и современная критика», «Предпринимательство глазами Огненных и Водных Знаков» и «Влияние Знаков Зодиака на сельское хозяйство в Московской области».

– Так твоя презентация в самом конце? – спросила Алла Максима, когда все стали расходиться.

– Да, так что время есть, – пожал плечами Максим, откусывая откуда-то взявшийся сэндвич.

Алла посмотрела на телефон, заметила несколько пропущенных вызовов и сообщений от Нади и вспомнила об обещании сфотографировать фасад Министерства. Однако желудок пропел китом, напоминая о первоочередных потребностях. Вдохнув тёплый воздух конференц-зала, Алла уловила запах еды, доносящийся от стола с закусками у стены, украшенной цветной фреской, и ноги сами понеслись туда.

Очевидно, закуски, поданные к приезду Макарова из Госдумы, готовились не теми же поварами, что кашеварили в столовой Водного Крыла. Алла не жаловалась на еду, но некоторые повара явно страдали атрофией зон языка, отвечающих за восприятие солёности, и словно варили супы и макароны на морской воде. С непривычки местные канапе показались Алле несолёными, будто она была заблудившейся морской рыбой, очутившейся в реке.

– Я тоже люблю эту фреску, – вдруг раздалось над ухом Аллы.

Седая Омарова ошибочно приняла бездумно замерший взгляд усталой Аллы за интерес к цветной фреске на стене за банкетным столом. Стиль фрески отличался от стиля прочих картин и мозаик в Министерстве, как соловей отличается от коршуна. Пока другие монументальные полотна растили на коктейле из сталинского гигантизма и советского классицизма, эту весёлую и пастельную фреску в детстве кормили пюре из Союзмультфильма и Пушкинских сказок.

– Что-то знакомое, но не могу вспомнить, – призналась Алла, на этот раз правда рассматривая картину.

– Сказка Тринадцать Месяцев, – объяснила Омарова. – Моя любимая сказка из детства.

– Честно говоря, я знаю только версию про Двенадцать Месяцев.

– Не удивительно, – усмехнулась Омарова, тонкими пальцами зажимая маленький бутерброд с красной икрой.