Демон. Яд твоей любви

— Тогда-то и появилась Наташа? — уточнила я.

— Мы познакомились в баре. Надин, ты же понимаешь, что и в подметки ей не годишься?

— Пф-ф-ф, уверен, что вопрос поставлен верно? Не наоборот ли?

— Наташа была моей анестезией, Надин! — он снова был рядом со мной. — Женщиной, с которой я ничего не чувствовал. Просто пытался…жить. Без тебя.

В комнате, словно после бури, наступила абсолютная тишина. Догадки роились в моей голове. Вопрос на вопросе. Интуиция кричала, что разгадка рядом. Но как все соединить в одну картинку?

— Ты сможешь меня простить? — вдруг услышала я.

— Раттимир, в чем смысл прощения? Прощают, когда уверены, что так больше не поступят… А я… Я не уверена в тебе, прости, — я опустила глаза. Могла бы соврать, но зачем? Боялась, что при подобном стечении обстоятельств, он снова откажется от меня.

— Надин, знаешь, я готов сейчас кричать о том, что больше не подведу тебя. Но это всего лишь слова, птичка, не так ли? Дай мне время, Надин. Я докажу. Большего я не требую.

— А как же Наташа? — этот вопрос мне тоже не давал покоя.

— Ты серьезно думаешь, что после всего я смогу на ней жениться? Схожу к ее родителям. Наташа – прекрасная женщина, — на этих словах сердце кольнула ревность, — но я не тот, кто сделает ее счастливой.

— Думаешь, это честно по отношению к ней? — я уткнулась носом в его плечо.

— Птичка, прости, но здесь я разберусь сам.

— Как и в тот раз в кабинете? — не преминула уколоть я.

— Туше, — поднял он руки, понарошку сдаваясь.

Напряжение оставляло нас двоих. Мы высказались. Я была рада, что так же честно сказала Раттимиру о своих чувствах, не обещая ничего. Будущее оставалось туманным. Где-то скрывался тот, кому мешало наше с демоном счастье. Но я была преисполнена решимости отыскать врага и спросить с него за всю причиненную нам с Раттимиром боль.

Глава 26

С Иларией мы встретились ближе к обеду. За всеми разговорами о прошлом совершенно не заметили, как быстро пролетело время.

Дочь играла в огромном зале под присмотром бабушки. Мы с Раттимиром остановились в дверях, наблюдая за ними со стороны. Лицо Клоустресс светилось от любви, когда она бросала мимолетные взгляды на Лари. Девочка, как маленький гномик, щебатала о чем-то своем, изо всех сил стараясь что-то нарисовать на белом листе бумаги.

Но вот она, словно настроенная на меня специальным артефактом, подняла голову и наконец заметила нас у входа в комнату.