Щит и Зеркало

Дверь на Адамову лестницу была пролётом ниже. На той площадке ещё было окно. А вот на площадке выше мы до этого момента двери не замечали.

— Юр, пошли, глянем, — я дернула его за рукав, показывая на свою находку.

— Пошли.

Дверь открылась вовнутрь большой пустой комнаты с окном, которое выходило на тот же двор, что и окно с лестничной клетки. Оно тоже было невероятно грязным. Но комната была вполне себе нормальной. Деревянный пол, белёные стены. Больше ничего. Только ещё лампочка Ильича под потолком.

— Ну вот! Теперь нам есть, где заниматься.

Только время надо будет рассчитывать точно, чтобы не попасться. — Я довольно потёрла руки. — Пошли, что ли, по домам?

Февраль начался ветрами. Порывы ледяного ветра пытались пробраться под полы шубы, запихивая туда горсти жёсткого снега. Если это не получалось, то уж лицо-то защитить не было никакой возможности. Когда я смотрела на себя в зеркало после бега между Площадью и лицеем, радости это не приносило. Красная посечённая кожа на лице контрастировала с ярко-синими глазами.

Припухший нос и губы смотрелись пельменями. Как назло, морозы стояли трескучие. Снег под подошвами сапог не просто хрустел, а звенел, будто шагаешь по хрустальным фигуркам, а они под ногами крошатся. Надо было бы ограничить поездки. Но сделать это не было никакой возможности. Как назло, приходилось ездить и в лицей из дома, и на Площадь из лицея, и обратно поздно вечером. Вечером было особенно неуютно. Люди уже старались разойтись по домам. И только в холодном свете фонарей хрустела по улицам.

Зал, который мы с Юрой нашли над коморкой, был довольно удобным. Ещё бы ножей принести туда, для отработки ножевого боя. Да и метательных хотелось бы. Только вот как мишень устроить, пока было непонятно. Мы успели встретиться там только пару раз. Дальше наши планы были грубо нарушены.

Глава 11. В круглом зале, длинном коридоре.

— Ты едешь со мной в Москву на эти каникулы.

Старик вызвал меня через Агнию в свой кабинет и огорошил прямо с порога.

— А как же региональный этап олимпиады? — я очень удивилась столь скорой поездке в столицу.

— Нам это не нужно. Есть задачи поважнее.

— Но вроде родители давали согласие на сопровождение только до восьмого января?

На стол передо мной лег договор. Я начала читать. В нём меня зачисляли в учебно-производственный центр на полный пансион. С этого момента именно Центр будет отвечать за меня до моего юридического совершеннолетия, которое наступит в восемнадцать лет. И определять мою судьбу.