Щит и Зеркало

Потом немного успокоился и всё-таки выдавил:

— Ну, ты даёшь, Романова! Хорошо, что я в прошлом году не стал настаивать на разговоре, — и он снова заржал.

А я подумала, что в прошлом году ещё смогла бы его так отделать. Им совсем необязательно знать, какой экзамен мы сдавали в июне.

Утром я встала ещё до Гимна, сполоснулась в душе и поехала на молебен. С Юркой мы должны были встретиться на остановке, с которой вместе пойдём в лицей. Чем ближе я подъезжала, тем сильнее переживала, приедет ли? Но, мои нервы играли напрасно.

— Давно стоишь? — я заметила, что он легко одет для последнего дня нашего сурового лета, и уже покрылся гусиной кожей.

— Н-не оч-чень, — он пытался сделать вид, что всё так и надо. Я сняла ветровку и накинула ему на плечи. Под ветровкой у меня была ещё мастерка с начёсом. Утеплилась на славу.

— Пошли, цуцык.

— А ты в брюках. Необязательно на молебен идти в юбке?

— Сегодня нежарко. Да и сейчас вообще нет таких строгих правил. Вместо глухого платка можно и кепку надеть.

Я зря переживала, как буду объяснять Ниткиной и Долгомесовой, кто такой Юрка. Их не было. Никого из тех, кто заинтересовался бы его персоной, я так и не встретила. Была Лидия Васильевна. Но, она даже не спросила меня, почему мой брат чёрный, а я светло-русая. Напряжение быстро спало, как только служба началась.

Несмотря на пасмурный день, Свет из алтаря не оставил в зале ни одного темного местечка. Было залито всё. Мне было тепло и радостно.

— А что это за свет включили в алтаре? Я даже не понял, что может так ярко гореть.

— Ничего там не включали. Я спрашивала у всех одноклассников. Никто этого света не видит.

Юра задумался, и мы некоторое время шли молча.

— Значит, всё, что говорил отец Сергий про Триединого — это правда?

— Конечно. Я так поняла, кто верит, тот видит.

— Летом, в монастыре, я был несколько раз на службе. Но Света ни разу не видел.

— Значит, не готов ещё был. Но это не значит, что его там не было.

Юрка немного помолчал. А потом задал самый странный вопрос, который мне в голову даже ни разу не приходил:

— А что такое ВЕРА? Как понять, веришь ты или нет. Получается, Свет есть всегда. И, если ты его увидел, значит веришь?

Я молча кивнула. Что-то не хотелось мне разговаривать. Не знаю почему, но о том, что я ЗНАЮ, говорить вслух было нельзя. На сердце было так легко и спокойно.