Щит и Зеркало

Женщина не могла дождаться, когда же муж вернётся с работы, чтобы сообщить ему радостную новость. Ещё её грела мысль, что сестра Антонина, которая живёт в Москве, обзавидуется, ведь её дочь ничем таким не блистает. Может даже они встретятся с директором, и она увидит, какой это мужчина. Александра и сама бы не отказалась от такого мужчины. Но он, похоже, запал на Люсю.

Негромко щелкнул дверной замок. Но Александра терпеливо ждала, когда Вилен снимет верхнюю одежду, помоет руки. Ещё стоит его покормить, чтобы он подобрел и воспринял новость правильно.

Когда муж вошёл в комнату, Александра проворковала:

— Вил, ты садись. Я приготовила ужин.

Вилен действительно сел на диван и придвинул к себе журнальный столик, на котором они обычно ужинали. Разместиться на кухне не было никакой возможности, поэтому они жили, ели и спали на этом диване, в проходной комнате, которую называли гостиной.

Он кинул на стол точно такой же конверт, какой пришёл на работу Александре. Она всё поняла.

— Но это же замечательно! Такая возможность для Революции выбиться в люди!

— А если этот старый хрыч захочет ей попользоваться?

— Да что ты такое говоришь! Он очень уважаемый человек. Всё время на виду. Он на за что не позволит себе так поступить с нашей девочкой. Она же ещё несовершеннолетняя.

— Ага, сейчас деньги заплатит, а потом не позволит? — Вилен почти рычал.

— Ты хочешь испортить ребёнку жизнь?

— Это ты хочешь испортить ребёнку жизнь!

— Я всегда мечтала, что у нас будет крепкая семья, достаток, что мы переедем когда-нибудь в Москву.

— Не мешай ей. — Александра положила на стол перед мужем бланк согласия на передачу прав законного представителя Революции Михаилу Сергеевичу Худякову на время пребывания в Москве с тридцатого декабря по восьмое января.

Вилен молча поставил свою подпись под росписью Александры. Ну почему у него такое чувство, что они продают дочь? И что он абсолютно ничего не может с этим поделать.

Глава 8. Малый совет больших людей.

Мы прибыли в аэропорт за два часа до вылета. Старик не выпустил меня с территории кампуса, показав согласие моих родителей на то, чтобы он меня сопровождал. Хотя он пообещал меня не трогать, я ему не верила.