Щит и Зеркало

Одна девушка с большим микрофоном и сопровождавшим её мужиком с камерой на плече, растолкала всех и ткнула микрофон под нос Старику. Но тот не разъярился, а создал на лице такую заботливую улыбку, что, если бы не строгий английский костюм, я приняла бы его за Деда Мороза.

— Михаил Сергеевич! Представьте, пожалуйста, городу вашу протеже! Кто этот ангел и как её зовут? Вы привезли на олимпиаду небольшое солнце, чтобы она освещала собой столь важное для нашего будущего мероприятие?

Наверное, у меня было крайне удивлённое выражение лица.

Вот откуда они берут эту ерунду. Не дай бог, ещё и по телевизору покажут. Тогда меня могут увидеть не только родители, но и девчонки. Вот зависти-то будет, протеже!

— Эту девушку зовут Революция Романова, — Старик повернулся лицом к камере и вытолкнул меня на передний план. — Она здесь не для поддержки наших вундеркиндов. Она — восходящая звезда нашей науки. Это она победила в прошлом году на региональном этапе олимпиады по математике и заняла призовое место на олимпиаде по физике.

Лицей, в котором она училась, даже назначил ей небольшую стипендию. Но это всё было в прошлом году. Я считаю, что большая заслуга в том была нашего Учебно-производственного комбината. Ведь она проходила у нас усиленные курсы тренировки мышления и памяти.

— Но как это всё отразится на сегодняшнем этапе?

— Вы все знаете, что лицеи и гимназии преобразованы в средние школы. Поэтому в настоящее время они не в состоянии подготовить учеников на достаточном уровне. Мы взяли на себя эту ответственность — Первый Учебно-производственный центр.

Революция занимается у нас!

— Тогда давайте отпустим её на бой с задачами и примерами, а сами будем ждать результатов!

Это было ужасно. Такого количества лжи я не слышала за всю свою жизнь. я стояла и открывала рот, как рыба, выкинутая волной на берег. Как теперь с этим быть. А вдруг это действительно покажут по телевизору. У нас ведь все верят, в то, что говорят с голубого экрана. Из телевизора же не могут врать!

— Стипендию, значит? — Ниткина сидела на стуле, положив ногу на соседний, то есть на мой.

— А почему нам ничего не сказала?

— А вот чтобы подобных сцен не было. Ногу убери.

— Не уберу. И что ты сделаешь?

Я вздохнула и выдернула стул у неё из-под ноги, тут же поставив его обратно. Ниткина едва успела убрать конечность, пока я её не отдавила.

— Мирка! Если ты не хочешь сидеть со мной, найди себе другое место. Это моя парта. Не считаю нужным вообще обсуждать это. Сама заработала — сама потратила.