Щит и Зеркало

Но, на лобовом стекле каждого автобуса был написан номер отряда. Протолкавшись к своему автобусу, мы подняли таблички с номером, которые нам выдал директор.

Автобусы были шикарные. Я таких ещё не видела. Высокие, с мягкими сиденьями. В салон вели две двери: впереди — напротив водителя, и по середине. По бокам водитель открыл люки, и за ними обнаружилось много пустого пространства. Я поняла, что это отделения для багажа. Открыв только переднюю дверь, водитель сказал нам, что можно запускать пассажиров.

Дети сгрудились кучей у двери вместе со своими чемоданами, рюкзаками, сумками и родителями.

Мы с Ниткиной попытались выстроить из разношёрстной толпы очередь. Кто-то смеялся, кто-то громко рыдал. Несколько девчонок стояли группой и весело болтали. Эти уже забыли про своих родителей.

Мы с Ниткиной встали с одной стороны двери, а Валентина Степановна — с другой. Нужно было проверить у ребёнка путёвку, паспорт у родителей, свидетельство о рождении у ребёнка. Потом отобрать у ребёнка путёвку и свидетельство, оторвать этого ребёнка от рыдающих родителей, или рыдающего ребёнка от родителей, и отправить дитя занимать место в автобусе, а родителей — относить чемодан в багаж.

Суета и гомон вокруг стояли невообразимые. Мы втроём еле справлялись. Погода стояла прекрасная. Яркое летнее солнце подсушивало асфальт и листья после ночного дождя. Глубокое синее небо настраивало на праздничный лад. Постепенно гомон начал давить мне на мозги. Солнце стало заметно припекать. Если утром было прохладно и свежо, то сейчас уже чувствовался жар, поднимающийся от разогретого асфальта.

Но, количество детей конечно. Да и автобус не резиновый. Мы всех разделили, рассадили и полезли сами. Поначалу мы с Миркой плюхнулись на переднее сиденье возле водителя, чтобы смотреть через лобовое стекло на дорогу. Но Валентина Степановна сказала, что мы должны распределиться по автобусу, чтобы во время движения контролировать детей. В этом она была абсолютно права. Поэтому я осталась в голове, Ниткина пошла к средним дверям, а воспитательница села на галёрке.

Наконец мы тронулись. Колонна потянулась к выезду из города, оставляя плачущих и машущих ручками пап, мам, бабушек и дедушек за кормой. Настроение было приподнятое. В этом году я словно лягушка-путешественница, только и делаю, что катаюсь куда-то. Но мне нравится сама дорога. Кроме последних весенних каникул, конечно. Чувствуешь, будто сквозь тебя протекает само время. Чем быстрее движешься, тем сильнее поток.