Сделка с ангелом

— Боже мой! Отель и Кремль вас не удивили, а офисное помещение привело в ступор? А знаете, что именно в офисы чаще всего и вызывают девочек?

— И кто заказчик?

Ангел с наигранным удивлением порыскал взглядом по сторонам, снова посмотрел на гостью.

— О! — догадалась Настя. — Лично вы? А я думала, что ангелы… небесные создания, что ли.

— Да какой я ангел, так, подрабатываю «мужем на час». — Он усмехнулся. — И потом, земной оболочке ничто не чуждо. Богу — божье, кесарю — кесарево.

— Хорошо, — Настя поднялась и взяла сумку.

— Зачем? Я же просил вас раздеться. Скажите, как будете готовы.

Настя пожала плечами и зашла за шкаф. Огороженный офисной мебелью закуток совсем темный. Из плотно набитых ящиков торчали какие-то свитки. Пахло кожей и плесенью. Выдвинув ящик, чтобы разместить на нем одежду, она разделась. На ней осталась только красная ниточка на запястье.

— Я готова, — сказала нарочито громко, ежась от стыда и непривычной обстановки.

— Точно?

— Подойдите лично и проверьте! — с вызовом повысила голос женщина.

— Я верю. Одевайтесь.

— Что?

— Одевайтесь, и Богом прошу, идите сюда.

Подрагивающими руками Настя оделась и в недоумении вернулась к Ангелу. Он был не один — около него стоял Первый Адепт с папкой бумаг.

— Поздравляю, — поднял на нее взгляд Анж, — вы выполнили все условия контракта и свободны. Подпишите здесь и здесь.

Настя механически подписала и нахмурилась, пытаясь переварить ситуацию:

— А дочь?

— Ваша дочь пошла на поправку, все остальное в руках Божьих.

Настя поднялась, перекидывая сумку через плечо:

— А… что это было?

— Было где? Здесь или вообще? — Ей показалось, или в его тоне промелькнула легкая ирония.

— Здесь… и вообще.

— Вы мне оказали услуги по контракту. Благодарю.

— Спасибо за… все. — Настя помялась. — Если я смогу вам еще чем-то помочь… Только давайте без этих услуг, пожалуйста? Лично я могу переводить с многих языков, знаю древнюю европейскую культуру.

— Хорошо. Помощь всегда нужна.

Попрощавшись, не переставая бормотать слова благодарности, Настя Линова нервной походкой вышла из офиса.

— Так я не понял, вы ее… э-ммм… — спросил Первый Адепт, складывая бумаги.

— Говори прямо — трахнул ли я ее?

Николай замялся.

— Зачем? — ровно переспросил Анж.

— А зачем раздели ее?

— Бог труды любит. Готовность важнее самого действия. Зачастую сама решимость производит сильнейший катарсис.