Посвящение

− Я видела, как у вас обоих лица перекосило от удивления, когда я вдруг воспользовалась силой и, вышвырнув тебя из дома, преспокойно вышла под солнце… − выпалила я, выставив вперед подбородок и заглянув ему прямо в глаза. − Мой дедушка не рассказал вам о том, кого вы с Даниелем охраняете на самом деле, а значит, у него были на это основания! Как он отреагировал, когда ты рассказал о том, что Рихард Мюллер твой отец?

− Прекрати! − прошипел Анджей и, опрокинув меня на спину, с силой вдавил в матрац. − Ты ведь ничего не знаешь!!!

Его глаза сразу же изменили цвет.

Синий превратился в темно-зеленый, который практически светился в темноте.

Жилы на его руках вздулись, а сердце бешено заколотилось в груди. Я мигом почувствовала это сквозь тонкую ткань его футболки.

В соседней комнате снова послышался шорох, неразборчивое бормотание, а затем, скрип дивана. Кажется, это была Полина.

Анджей продолжал неотрывно смотреть на меня, а злые слова, которые еще несколько мгновений назад хотели снова сорваться с моих губ, так и остались несказанными.

Что-то внутри подсказывало, что в этот раз я действительно поддалась эмоциям и перегнула палку.

С моих губ сорвался стон:

− Прости… Я не хотела. Просто… сейчас мне безумно тяжело доверять кому бы то ни было. Сегодня на меня столько всего свалилось…

Анджей молчал и продолжал пристально смотреть на меня.

Не в состоянии больше выдерживать на себе его пристального взгляда, я прикрыла глаза.

Вдруг, приятное тепло, «порожденное» его прерывистым дыханием, скользнуло по моим щекам и векам, а затем, так и не произнеся и слова, Анджей нежно накрыл мои губы своими.

Мое тело сразу же среагировало. Сердце в груди затрепетало, кожа покрылась мурашками, а пальцы мигом вплелись в его золотистую шевелюру, заставляя придвинуться ближе.

Вот уже несколько дней я прибывала в состоянии некоего транса, состоящего из смеси тревоги и скрытой агрессии. Все перевернулось с ног на голову. Новые подробности моей жизни «всплыли» наружу, и сейчас я чувствовала себя потерянной и одинокой как никогда.

Мне нужна была поддержка, а мужчина, в которого я имела несчастье влюбиться, оказался дампиром − сыном чудовища, по вине которого пострадало много дорогих моему сердцу людей.

Весь этот день Анджей был довольно холоден и отрешен, но сейчас, снова ощутив на себе его чувственные прикосновения, я поняла, что все это было лишь неким подобием защитной реакции.

Из моего приоткрытого рта вырвался тихий стон.