Посвящение

Друг медленно поднялся с дивана и, обогнув стол, вплотную подошел к Анджею:

− Может, нам все же все стоит обсудить СЕЙЧАС? Откуда нам вообще знать, что тебе действительно можно доверять?

Анджей усмехнулся:

− Знаешь, я ведь старше тебя в несколько десятков раз, парень… − Анджей едва заметно шевельнулся, и в считанное мгновение очутился у Марка за спиной. − Если бы я был тебе врагом, то прямо сейчас впился бы тебе в горло, и тогда Привратника, занимающего одну их ключевых ролей в исполнении Пророчества, уже больше не было бы! Ведь у вас больше нет защитной сыворотки, так?

Друг смерил Анджея ненавистным взглядом, а тот, в свою очередь, отстранился.

− Но, как видишь, я все еще этого не сделал…

− Боже, да угомонитесь же вы, наконец!!! − недовольно пробормотал Даниель. − Еще успеете помериться силами!

Марк едва заметно усмехнулся, и они с Анджеем послушно вернулись обратно. Один в кресло, другой на диван.

− Что было дальше, Анджей? − спросила Лиза, призывая продолжить рассказ.

− Когда Браун, точнее уже Гитлер, увидела, во что превратился ее супруг, то подняла дикие вопли. Геббельсы прибежали в лабораторию как раз в тот самый момент, когда Мюллер застрелил фюрера из специального оружия. Не знаю, кто именно впустил их туда, но с их появлением все только усугубилось! Магда Геббельс бросилась на Мюллера с кулаками, и в порыве ярости Рихард убил и ее. Это привело в ярость министра пропаганды. Он вопил как ненормальный, говорил, что предупреждал Гитлера о том, чтобы тот не связывался с «этим Дьяволом», что он и только он виноват в падении Рейха…

Из груди Анджея снова вырвался тяжелый вздох.

− Именно тогда Мюллер пришел к выводу, что единственным верным решением будет массовое убийство тех, кто в тот момент находился в бункере, и знал хотя бы что-то об эксперименте.

Я почувствовала, как к горлу подступает тошнота:

− Так значит, это он убил тех детей? Я имею в виду, детей Геббельсов…

Анджей кивнул:

− Рихард Мюллер − еще большее исчадие ада, чем Гитлер.

− Ему были необходимы подопытные кролики, на которых можно было бы испытать вещество, и, он их получил, – сказал Даниель. − Мюллер предполагал, что перевод Манускрипта может оказаться неточным, а сыворотка − неактивной.