Посвящение

У него небольшое сотрясение мозга и парочка ссадин.

Жжение в горле усиливалось с каждой секундой. Я закашлялась.

− Ты еще очень слаба, Амелия. Нужно принять лекарство, и тебе сразу же станет лучше. Пойдем со мной, и мой друг сам тебе обо всем расскажет. Прошу тебя лишь об одном… − он помедлил, − …не бойся того, что уже произошло. И, пожалуйста… пообещай, что не будешь держать на него зла. Он спасал твою жизнь.

− Кто спасал мою… − начала было я, но так и не успела закончить, потому что Даниель, приобняв меня за плечи, направился к двери.

Преодолев широкий коридор, вдоль которого с обеих сторон примостились изящные деревянные столики все с теми же антикварными вазами, мы вышли на широкую мраморную лестницу с массивными грушевидными балясинами.

Наши шаги гулким эхом отражались от высокого потолка, в центре которого было установлено внушительное мозаичное стекло, по которому тихо стучал дождь.

В правом углу просторного зала стоял шикарный черный рояль. Лицо играющего было скрыто крышкой инструмента.

Даниель провел меня к двум, стоящим друг напротив друга, широким мягким диванам с мелким золотистым узором и изогнутыми ножками из эбенового дерева:

− Вот. Набрось это на плечи, дорогая. Здесь довольно прохладно…

Он стянул со спинки дивана висевший там халат, а затем, протянул его мне.

Недолго думая, я поспешила натянуть тонкую шелковую ткань на свои, уже успевшие продрогнуть плечи. Это было гораздо лучше, чем ничего.

Преподаватель обошел стоящий перед диваном стеклянный столик, а затем опустил руку и взял один из стоящих на нем хрустальных графинов.

Глаза жутко резало, а боль в горле вызывала все больший дискомфорт. В носу стоял неприятный резкий запах, отдаленно напоминающий аммиак, но не настолько насыщенный.

Наполнив бокал, Даниель отодвинул его в сторону и, сев, снова едва заметно улыбнулся:

− Так как ты себя чувствуешь? − спросил он, посмотрев мне прямо в глаза.

− Я совершенно не понимаю, что здесь происходит… − протянула я, но, заметив его раздраженный взгляд, бессильно развела руками, − В целом в порядке.

Даниель прищурил глаза, и, задумчиво почесав подбородок, обеспокоенно поинтересовался:

− Глаза не режет? Не ощущаешь неприятного жжения в горле? Или, может быть, легкого озноба?

Я с опаской посмотрела в сторону рояля:

− Да, кажется, есть немного... А что, это признаки какой-то болезни? − спросила я, пристально вглядываясь в лицо преподавателя.