Посланники Обители. Громовое колесо

Но, как ни странно, никуда он при этом не побежал. Наоборот совсем. Рогатый полностью развернулся в мою сторону и весь как-то подобрался. Похоже, готовясь к прыжку.

- Посоревнуемся? – захохотал толстяк. – Ну, что? На счёт три? Считаю! Раз...

Однако “три” не было. Да, даже до “два” не дошли. И сатир прыгнуть не успел. Хотя уже почти начал отталкиваться, явно не собираясь дожидаться окончания счёта.

Впрочем, думается, и толстяк максимум уже на двух со мной покончил бы. А потом взялся бы и за рогатого, возомнившего из себя героя и не скрывшегося, пока была такая возможность.

Но, не сложилось. Не легли карты для толстяка в нужный расклад. Ну, совсем не день духа сегодня был, как оказалось.

За спиной душегуба, словно из ниоткуда, возникла совсем молоденькая, худенькая девушка. От скромняшки-студентки с потупленным взором, только-только вырвавшейся из-под опеки родителей, эту милашку как раз и отличали открытые, огромные, всё понимающие, необычайно живые глаза, горящие сейчас неукротимой яростью.

Ну, и ещё нож в правой руке, занесённый над головой для удара.

Без тени сомнений и без лишних слов наша спасительница немедля вогнала свой нож толстяку под лопатку. И вогнала точно в центр чёрного сгустка, заменявшего духу сердце.

Как же завыл, как завопил душегуб! И куда только делись тонкие писклявые нотки в его голосе?! Ну, да. Конечно. Что-то такое женско-детское в его интонациях до конца так никуда и не исчезло. Однако же тем контральто, что издавали сейчас его голосовые связки, способна ещё была, разве что, только волчица выть, да и то далеко не каждый раз.

Та волчица, что из матёрых самых. У которой детей отбирают.

Меня крик толстяка нисколько не смутил. Поделом злодею досталось. Гораздо более значимо для меня было то, что хватка духа, как только нож вошёл в его тело, ослабла. Чем я и не преминул воспользоваться, вырвав, наконец-то, руку своего мучителя из груди и тут же отскочив назад.

А духу-то, к слову, было уже и не до меня вовсе.

Теперь уже он, как совсем недавно сатир и как тот самый приснопамятный жук, крутился и извивался вокруг одной единственной оси.

Дух прекрасно понимал, что погибает, но абсолютно ничего не мог с этим поделать. Он знал, что беда пришла, откуда не ждали. Пришла сзади, что самое опасное. Дух понимал, что он банально проморгал, увлечённый борьбой со мной и сатиром, ещё одно действующее лицо, что и нанесло ему разящий удар.