Посланники Обители. Громовое колесо

Сынишки твоего который. М-м-м. Был. Ты же не против?

- Для того и принёс его сюда, – энергично закивал головой, приходя в себя, хозяин лавки и, подхватив заинтересовавший нас амулет со стола, любезно протянул его Орису.

Рогатый осторожно взял камень в руки. Внимательно осмотрел со всех сторон, понюхал и даже слегка лизнул. Затем, прерывисто вздохнув, сатир повернулся в мою сторону и предложил теперь взять тот камень мне. Ладонь рогатого, держащая артефакт, при этом слегка подрагивала, а глаза горели ярким огнём.

Очевидно, Орис, окончательно убедившись в том, что сей амулет и есть тот самый, утерянный Перуном, был одновременно и безмерно счастлив, и изрядно взбудоражен.

- Всё хорошо, что хорошо кончается, – ободряюще улыбнулся я сатиру и забрал амулет.

Мне не надо было, как рогатому, проверять дополнительно этот предмет на подлинность. Я и так знал – у меня в руках Громовое колесо. Собственность одного из самых могучих древнеславянских богов. Сомнений в том не было никаких. Как избранный, посланник Обители, обладающий соответствующими способностями, я мог утверждать это наверняка.

Да, подозреваю, и Орис-то всё понял сразу. Для Данияра, скорее всего, просто представление устроил. Не понимаю уж и зачем. Это маленькое шоу ведь всё равно цену, которую мы обязались уплатить, то бишь – отработать, никак не уменьшит. Хотя, с другой стороны – точно и не увеличит. Вон как хозяин лавки уважительно за манипуляциями рогатого по оценке товара следил. Неспроста, думаю.

Шнур, кстати, на который был подвешен камень, антиквар снимать не стал.

Не был уверен, что заинтересует нас вот именно этот артефакт. Видимо, в случае чего, хотел обратно сыну амулет вернуть, дабы тот и дальше его носил, не снимая. Чувствовал, похоже, Данияр, что сила немалая в этом камне кроется. Не знаю уж как, но чувствовал. И не без повода, к слову.

Я бросил последний взгляд на артефакт, подумал-подумал, да и сам повесил его себе на шею. Так, решил, оно понадёжней будет, нежели в кармане носить. И не выпадет, и украсть, если что, прощелыге какому малолетнему сложнее во сто крат будет.

Рогатый, увидев, как я собрался хранить камень, тут же подскочил ко мне, аккуратно подцепил шнурок с моей шеи пальцами и начал, неспешно перебирая его, изучать буквально сантиметр за сантиметром. Особое внимание Орис уделил узелку, соединяющему два конца верёвки. Наконец, удовлетворённо хмыкнув, сатир убрал руки от амулета, одобрительно хлопнул меня по спине и вновь повернулся к антиквару.