Пожиратели

По румяным щекам мальчишки текли слезы, почти беззвучно шевеля губами, он словно отчаянно умолял о чем-то голодных пожирателей. По выражению их лиц было понятно, что его слова уже ничем не могли ему помочь, жалкие ухмылки стекали вниз вместе с противной слюной. Прислушиваясь изо-всех сил, нам все же удалось разобрать часть их разговора.

- Прошу вас, у меня же еще есть время, позвольте мне, и я все сделаю и принесу вам тела, пожалуйста, вы же сами говорили, что обещаете соблюдать все условия сделки! – сквозь всхлипы срывающийся голос мальчика звучал едва различимо, где-то в груди я чувствовала, как начинаю задыхаться от нарастающего напряжения.

- Мы дали тебе достаточно времени, едва ли какие-то шесть часов помогут тебе исправить положение.

- К тому же, мы довольно сильно проголодались, а свежее мясо, знаешь ли гораздо вкуснее, если есть его вместе в теплом хозяина. – сказав последнее слово, один из тренков мерзко захохотал. Его смех был больше похож на какой-то скрежещущий звук, будто кто-то с силой пытался быстро накрутить старую гайку на заржавевший болт.

- Но вам же после этого перестанут верить, никто не пойдет на такой обман!? – бедняга обреченно цеплялся за любую возможность хоть как-то продлить свои последние минуты. Невыносимо было видеть, как страх и отчаяние в его глазах прожигали эту безразличную темноту на сотни миль вперед.

- А ты, что, собираешься об этом кому-то рассказать? – едкий смех снова гулким звоном отдался в моих ушах – они действительно собирались его сожрать.

Судорожно пытаясь подняться на подкашивающихся ногах, мальчишка из последних сил рванулся в сторону, прокричав последнее слово в своей короткой жизни:

- Нееееет!!!!! – кусок звука, вырвавшийся из его горла был в ту же секунду заглушен треском разрывающейся плоти. Услышав это, я до боли зажала рот руками, чтобы не закричать от парализующего меня ужаса. Я смотрела на Хетклифа, но уже не видела его, перед глазами потемнело, и я потеряла равновесие.

- Кира, очнись, нам нужно убираться отсюда, пока нас не заметили!!!

- Но тот мальчик, что с ним будет?! Мы не можем оставить его там!! – осознание реальности до тошноты сдавливало грудь, не давая возможности мыслить трезво. Горячие слезы мутной пеленой заливали мне глаза.