Одиннадцать

Кроме него в комнате никого не было, хотя где-то позади дом шумел как разбуженный улей.

Инспектор задумчиво почёсывал в короткой тронутой сединой чёрной бороде, пытаясь оценить масштабность происшествия. Его дёрнули с ночной операции по поимке одного наёмного убийцы и сразу отвели на место событий. И, надо сказать, здесь было, на что посмотреть.

На большой кровати с балдахином возлежал голый эльф. Бордовый бархат матраса, простыней и подушек настолько пропитался кровью, что стал ярко-красным. На торсе сверху видимых повреждений не имелось, от плеч по связанным рукам текли узоры ярких татуировок магической защиты.

На лице застыла гримаса боли и отчаяния.

— Кто же тебя так, — едва слышно произнёс сыщик, переведя взгляд на открытые окна.

— Доброго утра, мастер! — послышался рядом знакомый писклявый голосок.

Ганс чуть дёрнулся от неожиданности и тут же обернулся к личику жизнерадостной напарницы. Нисса выглядела вполне отдохнувшей и готовой помогать во всём. Он никак не мог привыкнуть к её особому навыку неожиданного появления из теней, которые могли скрывать её перемещение.

Нужно больше с ней работать, она хороший оперативник, даже как-то ёкнуло что-то в совести, что нужно всё же было её позвать с собой, а не отправлять на бессмысленные поиски теней в библиотеке.

— Привет, Нисса, — слабо и устало улыбнулся следователь, — Рад видеть, нужна будет твоя помощь.

— Всегда готова! — произнесла девушка, доставая перчатки из заплечной сумки. Она мельком осмотрела своего наставника.

Его серо-зелёные, почему-то уже порядком выцветшие,глубоко посаженные глаза сосредоточены. На покрытом морщинами и шрамами, но довольно молодом лице читались серьёзные размышления. Зная его довольно хорошо, гномка и не думала шевелиться, полагая, что её перемещения могут стереть следы. Она знала, что не стоит ничего трогать до проведения первого анализа места преступления.

Её пробуждение утром прошло не по протяжному гудку заводов, призывающих к работе. Они гудели трижды: первый гудок, самый долгий и громкий, должен разбудить, второй говорил об окончании утренних приготовлений, третий — о начале работы.

Ниссу разбудил стук в дверь — за ней пришёл стражник. Туалет, сборы и завтрак на бегу бодрили не хуже предрассветного холодного воздуха, на который они выскочили ещё задолго до того, как улицы заполнят рабочие.

Преступления в богатых кварталах верхнего города совершались гораздо реже, чем в том, где жила девушка.