Тень, ключ и мятное печенье

– Вы хотите сказать, возможно, кто-то из слуг…

– Вовсе нет, – сыщик помог Виоле снять пальто. – Это скорее можно сравнить с приёмом или торжественным ужином. Все в доме суетятся, готовятся, само настроение меняется – дом живёт в эти часы по другим ритмам.

– Ах вот что… – женщина задумалась. – Кажется, я вас понимаю.

– Замечательно. Поэтому пусть всё идёт своим чередом, как в любой обычный день.

– Но вы ведь составите мне компанию за ужином? И мадемуазель Энне?

– С удовольствием. Что касается ночи, то я бы попросил, чтобы мадемуазель Энне ночевала в вашей спальне.

Можно будет принести туда вторую кушетку?

– Конечно. А вы?

– А я устроюсь где-нибудь поблизости.

– У нас есть гостевая спальня, в противоположном конце коридора.

– А прямо у спальни?

– Там с одной стороны гардеробная, с другой бельевая.

– Хватит в одной из них места, чтобы поставить кресло?

– Д-да, – мадам Ульм растерянно посмотрела на Сару и снова повернулась к Шандору. – Неужели вы собираетесь просидеть всю ночь в кресле?

– Если вы не возражаете, я собираюсь побродить по дому и понаблюдать.

Мадемуазель Энне будет охранять вас ночью, и если вдруг в спальне случится какое-то явление, она сможет затем в точности описать его мне. Мадемуазель квалифицированный сотрудник, я полностью ей доверяю.

Слова сыщика несколько успокоили мадам Ульм.

– Самое главное, мадам, – женщина, слушая, даже подалась вперед. Она, похоже, уже всецело доверилась Лайошу, видя в нём решение всех своих бедствий. – Если вы что-то увидите или услышите ночью, постарайтесь держать себя в руках.

Не поддавайтесь страху. Слушайте, смотрите, запоминайте. Я буду рядом, но, думаю, никакая опасность вам не угрожает.

– Почему? – полушёпотом спросила хозяйка дома.

– Вы сами сказали, что голоса не агрессивны. Когда вы впервые увидели что-то странное в доме?

Мадам Ульм задумалась.

– Месяца два назад.

– Это были тени или звуки?

– Звуки. Шаги в коридоре, ведущему к западному крылу.

– После того, как там начали работы?

– Да, спустя неделю или две.

– За исключением ваших расстроенных нервов и недомоганий, на которые жаловались строители и садовники, физически за это время кто-нибудь пострадал?

Женщина растерянно пожала плечами.

– Нет. Никто.

– Не было несчастных случаев, возгораний, каких-то поломок, взбесившихся лошадей, и тому подобного?

– Нет, ничего такого. Хотя Роберт жаловался, что иногда лошади ведут себя беспокойно по ночам. У нас небольшой экипаж и упряжная пара для него. И ещё конь мужа.