Призраки забытых дней

- За одну единственную провинность! Только если призрак покинет территорию, – насупился Террел.

- Что значит «только»? – взвыл Бальпер. – Нечего приведению шататься где ни попадя!

Вилтер, глянув на Ролланда, который погрузившись в свои раздумья, безуспешно пытался добраться до пересохших корней дерева, закатил глаза.

Глава 3. Гнев Гивратха

2019 год, апрель

Прошло уже десять лет. Десять лет с тех пор, как Селиз и Марк Милтоны оказались в Сент-Боггарде. Десять лет с того момента, как в их легковой автомобиль лоб в лоб врезался грузовик, забитый доверху упаковками с молоком.

Сначала было оцепенение и неприятие свалившейся на них ситуации, затем – смирение, ну и дальше по классике. Можно привыкнуть и адаптироваться к чему угодно. Например, что теперь ты будешь вечность ходить именно в той одежде, в которой умер, и она даже никогда не потеряет свои качества. Собственно, ни у нее, ни у самого тебя никаких качеств-то и нет. Всё, что от тебя осталось – это невесомая, воздушная и совершенно прозрачная оболочка сине-зеленого цвета (Селиз всегда было интересно, почему именно этот оттенок, но никто на кладбище не знал этого, и все соседи только пожимали плечами).

Возможность проходить сквозь любимые предметы, землю и даже людей сначала пугали, а затем стали привычным состоянием.

В том, что не нужны были ни вода, ни еда, был, конечно, свой плюс. Не нужно было беспокоиться о том, что приготовить на обед, что в холодильнике опять нет молока или овощей.

При этом, к удивлению Селиз, призракам был необходим сон. Многие вообще не возвращались на поверхность и после своих похорон даже не показывались в подлунном мире.

Орэл Огосто, почетный гражданин Меплседа, избегал всякого общения с себе подобными с того самого момента, как родственники захоронили его в 1876, что нередко было причиной шуток в его сторону. Вилтер, например, регулярно всем вновь прибывшим с Сент-Боггард рассказывал, что в грудь Огосто вбили осиновый кол.

Чтоб наверняка. Поэтому старик предпочитает спать, а не прогуливаться под клёнами. Огосто безуспешно пытался это опровергнуть, утверждая, что так, на самом деле, поступили с Димиэном Гисдейлом, а он-то, Орэл, всё это видел. Д. Р. Гисдейл же никогда не поднимался из своей могилы и рассудить их не представлялось никакой возможности.

И это все на фоне того, что особо-то заняться им было нечем. Хотя Селиз старалась находить интересное в окружающем ее мире.