Знаки

– Группа Дарвина, – сразу ответил Лёха. – Дарвин – это фамилия Юрия Викторовича. Он нас всех собрал. Говорит, что не специально. Но Юрий Викторович – авгур, так что слова «не специально» следует понимать как угодно, но не в прямом значении.

Они поднялись по главной лестнице на третий этаж и повернули вправо. Прошли через широкий холл и устремились в закуток, который не увидишь, если не присматриваться. Тут их ждала ещё одна дверь, незапертая.

Войдя вслед за остальными, Лена увидела совсем не то, что ожидала.

По всей длине помещения в несколько рядов стояли стеллажи, набитые книгами, магнитными бобинами, DVD и бог знает, чем ещё. По стенам висели какие-то карты и схемы. Окна (по три с каждой стороны) закрывали непроницаемые шторы. Возле ближайших окон Лена увидела широкие приземистые столы, заваленные грудами неизвестных ей приборов и стопками бумаг.

Пробежав взглядом дальше, девушка успела рассмотреть огромный старый диван, холодильник в углу, плазму на стене и…

– Каин! – из лабиринта стеллажей вырвался тонкий женский голос. – Давно ты не заходил, рада тебя видеть!

Вслед за дробным стуком каблуков по паркетной доске появилась девушка. Невысокая, худенькая, с приятной фигурой, которую не скрыть даже мешковатой кофтой с длинным подолом. Натуральная блондинка с яркими голубыми глазами и узкими пухлыми губами.

Она подбежала к Каину и порывисто обняла его. Впрочем, без особой взаимности. Лёха тоже потянулся к девушке, расставив руки, но она оттолкнула его.

– С тобой утром виделись, – отмахнулась она. – Ой! – девушка наконец заметила Лену, у которой вокруг глаз внезапно появились морщинки, которые Каин называл «каньонами ревности».

– Ты, наверное, Лена, – девушка лучезарно улыбнулась, но обниматься не полезла, только протянула руку.

Лена холодно пожала ей руку. Чувство антипатии вспыхнуло настолько резко и сильно, что она сама удивилась. Хотя и не знала, что стало главной причиной – внешний вид Ники, который демонстрировал полную противоположность её собственному внешнему виду, или то, как она вешалась на Каина.

Лёха тем временем направился к холодильнику, по пути бросив куртку на подвернувшийся стул. Каин тоже снял пальто и повесил его на гвоздь, вбитый в торец стеллажа.