Седьмая доля

— Был у нас такой человечек. Только вот пропал он, как в воду канул. Уже месяц его никто из наших не видел.

— Нашёлся ваш Бобёр. Сегодня он устроил пожар в Историческом музее.

— В музее?! — удивление Анфисы Павловны показалось Захару искренним. — Бобрик отродясь в музеи не хаживал. Всё больше по кабакам да борделям. И почему ему взбрело в голову устроить пожар?

— Вот это я и хотел бы услышать от вас, — Захар буквально впился глазами в лицо предводительницы одной из самых жестоких банд.

— У меня?! — рука с бокалом прижалась к вырезу декольте.

Захар снова не почувствовал фальши. Похоже, Анфиса Павловна была и в самом деле удивлена. Впрочем, ведьма могла и скрыть свои чувства мороком.

— Дело в том, что гражданин Сафонов явился в музей совершенно мёртвым, — пояснил Захар. — Из него кто-то сделал заложного покойника и направил в музей, чтобы уничтожить один из выставленных артефактов.

— Заложный покойник?! — на лице ведьмы возникла болезненная бледность и её красивые губы дрогнули.

— Он самый, — подтвердил Захар. — Науз сгорел полностью. При пожаре погиб наш сотрудник.

— И вы решили, что заложного покойника направила я, — ведьма со стуком поставила бокал на столик, расплескав янтарную жидкость.

Захар промолчал, подтверждая этим догадку Анфисы Павловны.

Ведьма вскочила с места и, ломая руки, заметалась по комнате. Захар молча наблюдал за этими эволюциями, отмечая про себя перемены, возникшие во внешности женщины.

— Не может быть, этого не может быть, — бормотала она, казалось, совершенно забыв о посторонних, находящихся в комнате.

— Очень даже, может быть, — в унисон ей произнёс Захар. — Гражданин Сафонов был убит двумя выстрелами из пистолета ориентировочно месяц назад. А сегодня он припёрся в музей изрядно начинённый напалмом.

— Напалм? Что это? — рассеянно спросила Анфиса Павловна, думая о чём-то своём.

— Вязкая горючая смесь, — охотно пояснил Захар. — Ею американцы уничтожали вьетнамских партизан.

— Господи, при чём здесь партизаны?! — в сердцах воскликнула ведьма. — Я и в самом деле хотела украсть науз Чернобога. Увести его из-под носа лютов. Украсть, но не сжечь!

— Вот как?! — изображая удивление, произнёс Захар. — И, зачем же он вам? Захотели властвовать над пекельным миром?

Лицо ведьмы сморщилось как от оскомины.