Дело об огурце

— Он фантастически готовит, просто отменно, — произнёс Дядяйкин, поднеся одну лапу к своему клюву и выразив тем самым жест восхищения.

— А вы что фантастически делаете, стесняюсь спросить? — задал вопрос Дядяйкину Алексей.

— Могу фантастически заклевать, — ехидно ответил Дядяйкин.

— Мне надо попить воды, а то в обморок свалюсь, — сказал Иванов, вернувшись на кухню.

— То есть, я правильно понимаю, вы сами не знаете, как вы сюда попали? — спросил Бухаев.

— Как я и говорил, ты просто капитан очевидность, — пошутил попугай.

— Слушай, Миш, это плод нашего воображения. Просто, возможно, безумие заразно. Знаешь, просто ты меня заразил, вот и всё. Теперь надо позвонить Лилии Сергеевне, — дрожащим голосом произнёс Алексей, лихорадочно ища в телефоне ее номер.

— Ага, позвони ей, загуби свою карьеру, — саркастично произнёс Бухаев.

— А что же ещё нам делать? — спросил недоумевающий Алексей.

— Ну, если не ошибаюсь, напарник, то в психологии учат позитивному мышлению, искать во всём плюсы и так далее.

— Ты о чём? — не понял Дядяйкин.

— Ну, здоровенный огурец, пожирающий машины, это ваш клиент? Ну, в смысле, дружбан из вашего мира, — спросил Бухаев.

— Салага, не доставай меня глупыми вопросами, я вообще не знаю о ком ты, — сказал Дядяйкин.

— Погоди, а как же та девушка с пастью, как у червя из «Дюны»? Её ты тоже не знаешь? — спросил Бухаев.

— Она тобою поужинать хотела, а я ей помешал…вот и всё! Я её знать не знаю, — ответил Дядяйкин.

— Ну, хорошо, с плюсами я погорячился, напарник, — тяжело вздохнул Бухаев.

Глава 32

Бухаев и Иванов продолжали общение с огромными попугаем и пауком. Михаил уже перестал сильно напрягаться в присутствии этих загадочных существ, но Алексей всё никак не мог отойти от шока, хоть и пассивно участвовал в беседе.

— Слушай, Дудкин, тьфу, Дядяйкин, а почему когда ты появляешься, то остальные исчезают? — спросил Бухаев.

— В смысле? — не понял попугай.

— На коромысле! Почему когда ты передо мной появляешься, то кроме нас с тобой вокруг никого? А когда ты исчезаешь, то всё становится вокруг как обычно, — спросил Бухаев.