Дело об огурце

А до напарника я тебе помогу добраться, — неожиданно заявил попугай.

— Это как? — не понял Михаил.

— Садись, — сказал попугай, присев на свои огромные лапы так, чтобы к нему можно было взобраться на спину.

— Нет, нет, ты чего? Чтобы меня весь город увидел летящим на птице? Хотя…было бы круто, — сказал Бухаев, несмело улыбнувшись и живо представив себе эту картину.

— Ты, когда за мной гнался, то кого-нибудь видел? — спросил попугай.

— Нет, — ответил Михаил, задумчиво почесав затылок.

— Вот и сейчас не увидишь.

— Ну ладно, — согласился Михаил, пытаясь залезть на спину попугаю.

— Хоть одно перо вырвешь, заклюю, — угрожающе произнёс Дядяйкин.

— Да нужны мне твои перья, — сказал Михаил.

— Ага, судя по тому, что одно ты себе уже присвоил, ты к ним, явно, не равнодушен, — заявил попугай.

— Да у тебя их тут хоть отбавляй. Ты их что, прямо, считаешь? — спросил Бухаев.

— Конечно. Как гласит народная попугайская поговорка: «Кто перья свои потерял, попугайчиху не познал», — ответил Дядяйкин.

— Тяжко же вам живётся, — саркастично отреагировал на поговорку Бухаев.

— Ладно, куда лететь, говори? — спросил попугай

Когда Бухаев, объяснив куда лететь, взобрался на спину Дядяйкину, то последний плавно спрыгнул с крыши и в пикирующем полёте расправил свои гигантские крылья.

— Ааааа! — эмоционально отреагировал на это Михаил.

— Не переживай так, салага, у меня пятьсот пять боевых вылетов! — закричал, все более ускоряясь, Михаилу попугай.

— Это ж на кого или на что ты совершал свои героические вылеты? Дай сам догадаюсь: на червяков или на витаминный корм? — спросил Бухаев.

— Пошути мне ещё! Мы противостояли огненным совам! Ты бы там и дня не продержался, салага! — гордо заявил Дядяйкин.

— Хватит называть меня салага. Я лейтенант, между прочим, — сказал Михаил.

— Поверь мне, в моём мире ты - салага! Там бы твой опыт был бы для тебя бесполезен! — продолжал говорить с гордостью попугай.

— Смотри! Вот он его дом! И вон открытое окно! — крикнул Михаил, указав на дом Иванова.

— Ну, значит, пикируем! — закричал попугай, и с этими словами он влетел прямо в окно.

— Твою макаку! — заорал прижавшийся к спине Дядяйкина Михаил, изо всех сил стараясь удержаться за шею попугая.

Оказавшись, наконец, в квартире Иванова и, как ни странно, совершенно благополучно приземлившись, Михаил обнаружил, что спальнянапарника пуста.

— Лёх! Ты тут?! — позвал напарника Михаил.