Дело об огурце

— Разницы нет в том, услышал он меня или нет,…ты видел то, как он себя ведёт в присутствии машин? Всё! Преступник, считай, опознан! Осталось придти к нему домой, арестовать, напугать как следует, и дело в шляпе, — сказал Бухаев.

— Миш, мы так не работаем,…ведёт себя странно? Да! Пугающе? Да! Подпадает под характеристику? Под описание свидетеля? Да! Тысячу раз да! Я первый заподозрил этого парня, и ты это прекрасно понимаешь. Но мы не можем делать стопроцентные выводы на одних лишь эмоциях и подозрениях, даже если нам кажется, что мы уже раскрыли, благодаря этому, девяносто процентов данного преступления, — сказал Иванов.

— Ох, робокоп ты хренов, как ты меня задолбал, — тихо с тоской в глазах произнёс Бухаев.

— Ага, кто кроме меня тебя ещё долбать будет? — улыбнувшись, сказал Иванов.

Тёплая фраза напарника заставила Бухаева улыбнуться. В его глазах будто бы что-то засверкало от радости. Может, он лишний раз оценил то, что у него было…то, что казалось маленьким, но, вместе с тем, было грандиозным.

Это что-то называлось настоящей дружбой.

— Ладно, робокоп, давай я отвезу тебя домой, и завтра продолжим весь этот цирк «Шапито», что ты затеял, — сказал Бухаев, заводя машину.

Бухаев отвёз напарника домой, а сам поехал к себе. Примечательно то, что отвезя Иванова и оставшись в машине наедине с собой, Бухаев ощутил некий страх и даже чувство одиночества. Это было очень странно для лейтенанта Бухаева, странно для стопроцентного пофигиста, которого ничего не волновало раньше.

Проблемы не лежали грузом, но когда появились всякие сверхъестественные явления в жизни Михаила, то он стал думать о своём сумасшествии. И, что самое главное, стал подумывать о том, что его натура пофигиста всему виной. Пока Михаил обо всём этом размышлял, то его рука снова стала тянуться к бардачку.

— Блин, спокойно, спокойно, — пытаясь не нервничать, Михаил тихо убрал свою левую руку от бардачка.

Не успел Михаил немного придти в себя и успокоиться, как вдруг увидел вдалеке, возле освещённого первого подъезда, фигуру, похожую на вытянутый огурец. Только это был огурец не с лицом аниматора Сергея, а, будто бы совсем без лица. Огурец поднял свою зелёную руку, и на ней можно было разглядеть огромную лапу с когтями.

— Блин, что ж это со мной такое происходит? — с испугом спросил сам себя Михаил, протирая глаза.