Дело об огурце

— Ну и что ты здесь нашёл такого удивительного? — спросил Алексей, глядя на видео, остановленное на паузе в пять часов двадцать девять минут утра.

— Смотри, видишь? — спросил Бухаев, указывая рукой на нижний угол экрана справа.

— Что я должен там увидеть, Миш? Не понимаю, — говорил недоумевающий Алексей.

— Попробуй увеличить здесь, — попросил Бухаев.

— Миш, здесь нельзя ничего увеличить, — сказал Иванов.

— Ах, да, я забыл, что этот экран – ровесник отмены крепостного права, — сказал Бухаев.

— Откуда ты такие вещи можешь знать, Михаил? — подколол Бухаева Иванов.

— Поумничай у меня ещё, — сказал Бухаев.

— Всегда готов, — сказал Иванов.

— Короче, Лёш, присмотрись в этот нижний угол справа, — предложил Бухаев.

Алексей стал пристально вглядываться в то место, на которое указал его напарник. И правда, в том месте на асфальте была видна продолговатая тень, отброшенная, как будто, неким продолговатым телом, по своей форме напоминающем какой-то огромный овощ.

— Ни фига себе, а старик, выходит, не врал, — удивлённо произнёс Алексей.

— Лёш, да просто какой-то долбанутый на голову аниматор решил так прикольнуться над пенсионером, подрабатывающим охранником, вот и всё, — предположил Бухаев.

— И этот аниматор жрёт машины? — спросил с иронией в голосе Иванов.

— А, почему нет? Когда его поймаем, то он будет первым преступником, попавшим в книгу рекордов Гиннеса. И мы, заодно, прославимся, — шутил Бухаев.

— Ага, — немногословно произнёс, давно привыкший к остротам напарника, Иванов.

— В общем, напарник, то, что это необычное преступление, я согласен, но тут нет никакой мистики, просто мы с тобой столкнулись с новым видом автомобильных угонов, вот и всё.

— Ага, философ ты наш, только объясни мне, как один, переодетый в огурец, аниматор мог угнать все машины так быстро и успеть их ещё спрятать где-то? Он что летать умеет? — спросил Иванов.

— Ну, ты молодец напарник, здесь и психически больного свидетеля не надо, если лейтенант, ведущий дело, утверждает, что в городе орудует огурец-мутант с крыльями, — сказал Бухаев.

— Это был сарказм, Миш, — объяснил Иванов.

— Я это понял, но я вижу, что ты готов поверить в версию поедания машин, — сказал Бухаев.

— Я в это не верю, как и ты, мы же не уфологи, или парапсихологи, или …, — начал говорить Иванов.

— Или параноики, — закончил мысль Алексея Михаил.