Зеленый пес Такс и Пять кошачьих магов. Часть 2

Повсюду виднелись непонятые железные штуки и закрученные коленца труб. А на том месте, где раньше находился торшер, стоял бронзовый унитаз на заклепках. От него тоже тянулись трубы, которые никуда не вели.

Селии на руки нацепили медные и стальные браслеты. Распущенные волосы закололи громадными застежками в виде линз в металлической оправе. Одна из них вообще походила на круглые часы с раскрытой крышкой.

Сейчас она надела белую рубашку со сложным многосоставным воротничком, от которого тоже тянулось вниз и вбок что-то металлическое.

Поверх набросила длинный синий жакет с белыми отворотами и коричневой кожаной шнуровкой вместо пуговиц.

Очень необычно. Но людям, похоже, нравилось. По крайней мере, Филармонтик, который сегодня немного опоздал и прибежал весь запыхавшийся, прыгал на месте с удвоенной энергией, восторгался в три раза чаще обычного, пытался поцеловать Даркелиону и называл ее творение магическим стимпанком. Селия весело смеялась в ответ. Сегодня она, точно как и я, словно лучилась во все стороны веселой энергией.

Шутила, скакала по студии, принимала всякие интересные позы и вообще казалась шальной девчонкой не старше Чернохвостой Натации.

Даже переодевшись в свою обычную одежду после завершения сеанса, она сохранила в себе радостный и бесшабашный настрой. Сальешиш, увидев ее, восхищенно присвистнул, а Самоварий загарцевал как горячий жеребец. Пыхнул паром и встал за задние ноги, воздев вверх передние, насколько позволяли шарниры.

– Вы прекрасны, чудесны и обворожительны, – попытался подкатить к ней Филармонтик.

– Разрешите сделать вам одно интересное предложение?

– Давайте завтра, – лучезарно улыбнулась ему Селия. – У меня сегодня такое хорошее настроение. Завтра.

– Что же, вы сами выбрали.

Колдограф, наконец, отстал, а мы поехали.

Перед входом в здание Железного Зуба, откуда еще тянуло вчерашним переполохом, я неуверенно остановился. Обычно меня встречала Микки, но сегодня ее не было и быть не могло. Кто же заменит ее?

Как оказалось, вечный бунтарь Фэншой, с которым мы тоже были давно знакомы.

Но увидев его, я насторожился. От парня так пахло тревогой, что я едва не взвыл.

– Зинька твоя сегодня не пришла. И дома не ночевала, – хмуро сообщил он Сальешишу без всяких предисловий. – Ты ничего об этом не можешь сказать?

– Нет! – с ужасом воскликнул Рыжик. – Она что, пропала?

– Похоже на то. Вчера вечером она вышла из Ратуши, где учится на курсах. Это мы выяснили точно. А потом – полный мрак, никто ее больше не видел.