Алая искра

Отправил лазутчиков к берегам, чтобы они могли видеть каждый их шаг. При этом пригрозил им молчанием, на это они только поклонились и вышли за пределы городка.

Его, хотя осознавал, что хоть народ за него, но Тару уже выделялся среди других, и мог в будущем претендовать на его место главы города.

Он все ещё лежал в койке осматривая из окна койки в стены домов и разные оттенки крыш. Где-то глубоко в себе завидовал тем, кто жил в них. В некотором смысле они жили жизнью, который у него никогда не будет. А всё из-за решения, который от него никак не зависел.

Будто кто-то уже все решил за него, перед его рождением, хоть они и добились куда выше высот, тем родители, но это было не его воля.

Сам запросто все променяли бы, проживая жизнь одного из этих масс, оставаясь всего лишь знакомым для боевых товарищей. Без всякой клятвы, который дал с дуростью в молодые годы. Перед народом он был, тем кого ставят в пример, но для себя являлся обманщиком. Тем, который не заслужил признания, даже и близко не подошел.

И чтобы сбежать от этих мыслей, он постоянно убегал с отрядом из стен города, а охота было всего лишь причиной для этого. Сражаясь с белыми медведями, моржами, волками, помогая товарищам, принося добычу в город, он сосредотачивался в процессе, не занимая голову лишним словами. Причиной чтобы не возвращаться сюда, в чужой для себе городок.

Однако, сейчас как бы он не старался, в итоге остался один на один со своими мыслями и прежде всего с страхами. Самой большой его страх, давно сместил сам факт смерти, изменив саму конструкции понятий.

Это было сожаление, так как прекрасно осознавал, что никто и никогда не ощутит боль утраты после его кончины. У него никогда не будет жены и детей, что вспоминали бы его как о человеке.

А к товарищам, он скорее был как командующим, которого вспомнят невзначай в трактире за кружкой эля, вина и горячительных напитках.

Решив наконец уйти из города, решил встать и выйти в город, посчитав, что его всё равно никто не будет останавливать.

Смертников в городе кроме них, никого нет.

Решив развлечься последний раз в жизни, попросил помощницу бутылку самого дорого привозного вина, и парочку блудниц забылся в беспамятстве. Проснувшись от похмелья, оттолкнув женщин с кровати на холодный пол, вышел на улицу, солнце также ярко светил в глаза. Время было приблизительно в пять утра, а завтра утром нужно было ожидать неприятелей. Наблюдая на обычных жителей, которые ничего не знали, жили будто всё нормально.