Ловушка

- Ну, три дня мы продержимся, - пробормотал Ултан, посматривая на неподвижную фигуру на краю крыши.

- Мне не нравится, - решилась Кира, - что он постоянно отнёкивается, что завтра нам не надо спускаться в воду, в другие квартиры – те, что дальше вниз. Но ведь для более комфортного проживания на крыше можно много чего оттуда набрать. Не понимаю.

- Ты заметила это, - сказал оборотень, - а я другое. Он надеется на завтрашний день так, что только завтра мы будем иметь какую-то целостную картину. Только я не понял, что за картина ему нужна.

Кира, может, не будем думать обо всём сейчас? Если он обещал – я ему верю, что завтра будем знать всё, что нам надо.

- И чем заняться сейчас? – вздохнула девушка.

- Пойдём, поможем с устройством спальных мест, - предложил Ултан. – А потом попробуем поспать. Мы все и в самом деле здорово устали.

- Пойдём, - согласилась Кира, но с трудом оторвала взгляд от чёрной, сливавшейся с вечерней тьмой фигурой Ратмира.

Как ему хочется стоять и смотреть на соседний дом ли, на поверхность воды ли, которая почти полностью занята утопленниками? Как будто наказывает себя или накручивает… Зачем? Из-за чего? Может, он провинился в чём-то? И тут Кира сердито на себя хмыкнула: она не спросила, как он узнал о катастрофе.

А если он узнал о ней по своим каналам? Нет, не состыкуется. Он вышел на крышу позже, хоть и успел многое сделать, чтобы спасти своих соседей.

Пока ночь вступала в свои права, спасшиеся сообразили устроить небольшое освещение – и не только сожжением вынужденно похищенной из квартир деревянной мебели.

Освещение понадобилось, потому что никто не подумал: здесь, в городе, переход от вечера к ночи начинается и продолжается считаные минуты, а две Луны планеты должны взойти лишь во второй половине ночи.

Первым делом разложили сухие постельные принадлежности для детей и двух эльфиек. И лишь потом устроили спальные места для остальных.

Как уж так получилось, что никто не заметил, но матрас Киры оказался между матрасами Ултана и Ратмира.

Девушка вообще сообразила, что оборотень взял над нею то ли покровительство, то ли опеку. Кажется, он посчитал себя виноватым в том, что ей пришлось помогать ему, а не наоборот. И, кажется, он воспринимал её, несмотря на то что она спасла его, слишком уязвимой. Если честно, то его искренняя забота немного мешала – прятать оружие, сейчас «спящее» в сумочке.

А потом затушили огни освещения, расставленные эльфами по краям выбранного для сна места.