Партия. Брошенная ставка. Том II

– В следующем году опять два раза плугом ходить?

– Нет, господин, можно и в один. Это ж пропахивают, когда другое сеять надо. Вы ж говорили, что опять гречку сажать. Там на это вся земля готова, от реки до холма. И, того, – Дарко замялся, подбирая слова. – Простите меня, господин, не уследил за птицей вашей. За неделю поутру пришёл давать зерно ей – так скорлупа валяется.

– Скорлупа серая в коричневую крапинку? – на мой вопрос парень энергично закивал. – Мёртвое. Снесла бы зелёное в фиолетовую крапинку, живое, то убивать её на месте.

– Соломы много привезли, господин. А она ж совсем бесполезна, её даже скотине не дают. Её бы смельчить да в поля сбросить, тогда…

Парня перебила бойкая Тонька, выскочившая из рабской части дома и в три прыжка оказавшаяся рядом с нами.

– Тебя, дурень, господин про солому спросил? Чего про зерно не говоришь?

– Так тоже важно, Тонь.

– Важно тебе, а господин сказал, что говорить.

Я жестом показал Дарко продолжить и невольно улыбнулся, на что у Тоньки раскраснелись мочки ушей.

Собственно, Дарко предполагал паршивый урожай. Если зерна получим одно к трём, то уже за счастье. Да, земля на тех местах добрая, паводками из озера ила наносит, растёт всё хорошо – да корней трав много, посадкам расти мешают. В этом году их гречка чуток проредила, она сильнее разнотравья. В тех местах, где сажали в этом году – в будущем урожай должен быть побогаче.

– Ещё бы пчелей, господин.

– Тебя господин про пчёл спросил? Чего из себя умного строишь?

– Так ведь урожая с ними боле будет, важно же!

– А где господин тебе пчёл возьмёт-то? В лес сходит и ульев притащит? – Тонька упёрла кулаки в бока, смотря на Дарко как мама на нерадивого сына, даром что девушка макушкой тыкалась парню в грудь.

– Ну так ведь заказать можно, с ними добро будет.

– А ты за ними ухаживать умеешь? Или кто-то ещё? Там ведь бортник нужен.

– Так ведь и добро будет. На холме ж господин поселение делать удумал, пчелей удобно держать.

– А тебя господин спрашивал, чего там удобно держать? Тебя…

– Ах, любовь! – с наигранным придыханием произнёс я. Тонька моментом залилась краской, а у Дарко порозовели щёки. – Любовь туманом застилает разум. От неё разумные забывают, перед кем они перепалку устраивают… На сегодня прощаю.

Я отправил рабов отдыхать, всё равно стемнело и ничего толкового мы не успеем.