Партия. Брошенная ставка. Том II

Мне потребовался весь мой ораторский талант на объяснения, что старик работал недалеко от смолокурни, а отстойник ближе к поселению и бояться нечего. Но, всё равно, приключенцы были сняты с охоты и отправлены прочёсывать лес.

И сейчас я принимал главу приключенцев и сержанта первой императорской армии. Перед нами лежала карта с обозначенной просекой у Шоски и ручьями.

– До начала Тучного от смолокурен идти километров восемь, если не десять. Через верхний участок берёзовой рощи. Силиска точно уверена?

– Да, господин.

Произошедшее – моя ошибка. Холопы же работают как проклятые, особенно старики, стараются ради семей и внуков. Больше работы – больше шансов на свободу, вот и не жалуются.

– Скажите Силиске, чтобы собиралась в путь. Сегодня-завтра ладья прибудет от озера с запасами, пусть знахарка плывёт вместе с ней к озеру. По пути всех осмотрит и подлечит.

– А чего с тварями делать? Выводок же у неё, господин.

– И только гулгаса не жрёт ноги зверья. О находке знают только приключенцы и вы двое? – на мой вопрос Куэл с Алаксом ответили утвердительно. – Вот и держите рты закрытыми. Никакая гулгаса за ручьи не ходила. Это медведь. Живёт где-то у Пальца, у ручья дальнего, по Птичьему поднялся до рощи берёзовой, в поисках еды пошёл вверх по Тучному, и наткнулся на деда. И задрал, что только ошмётки остались.

– Простите, господин, вы рассчитываете, что твари осенью нападут в тыл осаждающим?

– Маловероятно. Но по осени твари эти жутко нервные, – я посмотрел на Куэла.

– Да куда им нервы иметь-то? Молодняк ж носится по округе, бегает, а где найдёт место хорошее для зимовки – там и копает нору.

– Вот и посмотрим, кого больше боги любят – уберегут ли горцев от гулгасы, или нет. Что по её выводку? Сразу прикидывай, что по холоду бить пойдём.

– Тогда лучше по снегу, – сказал Куэл. – Она точно троих вывела. Если один из них пацан, то нору углублять не будет, когда мы нападём, а к нам выскочит. Гулгасы ж дурные. Выводок в самый конец норы заталкивает, прячет собой. Если там одни девки, то разорвёт их, чтобы копать не мешали, и вглубь уйдёт. Далеко, не вытащим. А пацанов она жалеет, их мало рождается.

– Почему? – спросил Алакс.

– Даже боги не ведают.