Арктическая академия. Часовщик

— Ты чего на парней взъелся? Ни за что не поверю, чтобы ты упустил возможность повалять дурака, когда есть возможность.

— С ними? — Серафимов кивнул в сторону купе, где сидели Зимин и Уваров. — Кто они такие, Арс? Зимины — дворяне только по названию, у них нет ни достаточного количества денег, ни влияния в обществе аристократов. Валентин — дворянин во втором колене. Ты понимаешь? Его отец заслужил дворянский титул за то, что лечил людей, а за Уваровых я вообще молчу — Иннокентий из семьи простолюдинов!

— Не просто лечил, а спасал жизни раненых бойцов на войне, продолжал оперировать даже во время обстрелов госпиталя, а в мирное время спас жизни сотням человек.

Согласись, за такие заслуги можно и отметить.

— Если раздавать дворянство кому попало, скоро и плюнуть будет некуда — одни дворяне будут кругом.

— А зачем плевать-то, Родь?

— Ты разве не понимаешь? Они не чета Серафимовым. Мы находимся на разных уровнях.

— А ты не забыл, что у твоего отца проблемы? И конкуренты одолевают, и карточный долг брата довлеет над бюджетом семьи.

Как бы вам самим не опуститься до их же уровня.

— Это ещё не хватало! — забеспокоился парень.

— И потом, Серафимовы тоже когда-то начинали вот так. Да и если отбросить в сторону эти условности, я считаю, что в человеке важно не его происхождение, а он сам. Мне они показались вполне компанейскими. Вот увидишь, что Валик, что Кеша далеко пойдут, так что не суди людей свысока и думай прежде всего о том, чего можешь добиться ты, а не твой отец и его деньги.

Пройдут годы, и уже тебе придётся брать на себя ответственность за будущее дома. А деньги — ненадёжный союзник. Сейчас они есть, а завтра их может и не быть. Но если повезёт найти настоящих друзей, считай, что у тебя есть надёжная опора.

Судя по выражению на лице Родиона, он уловил смысл моих слов. Когда мы вернулись обратно в купе, он вёл себя как ни в чём не бывало, но уже гораздо охотнее поддерживал беседу.

На второй день нашего путешествия мы прикончили свои припасы, которые скинули в общий котёл.

— О, икорка! — обрадовался Кеша, когда я достал баночку чёрной икры.

— У вас что, икры нет в Новгороде? — удивился Серафимов.

— Икра-то есть, но стоит столько, что не каждый день позволишь себе такое удовольствие.

За время завтрака умяли и бутерброды, и всё, что оставалось в рюкзаках из съестного. Ситуацию спасли угощения, которое разносили проводницы.