Арктическая академия. Часовщик

— Если не произойдёт ничего чрезвычайного, Зимины поднимутся сразу на две строчки! — заявил Валик и бросил довольный взгляд на Родиона. Наверняка нашёл чем его задеть, потому как Серафимов замолчал и надулся.

Нашли чем меряться! Сами ничего толком для своих домов наверняка не сделали, зато чужими достижениями гордятся сильнее, чем своими.

— Ладно, уделал ты меня! — признался Родион. — Но учти, что за каждым падением следует подъём, и Серафимовы поднимутся так высоко, что все о них услышат!

— Да ничего такого я не хотел! — принялся оправдываться Зимин и подскочил с места.

Я напрягся и приготовился вырубить парня, если он решит вытворить что-то опасное, но Валик раскрыл один из рюкзаков и вывалил на стол огромный круглый пирог с малиновым вареньем. Лицо Серафимова побелело, когда следом за пирогом на столе оказался литровый термос.

— Это что?

— Чай с шиповником. Ещё горячий!

— Убери его со стола! — заорал Родион так, что услышал весь вагон.

— Да я ж ведь не со зла, просто угостить хотел в знак примирения.

— Как вы вообще в дороге едите? Оно ведь трясёт, качает, а иногда так вообще подкидывает! Тут, кажется, содержимое желудка вот-вот наружу попросится, а вы ещё и еду туда запихиваете.

— Валь, плесни мне в стакан немного! — попросил я Зимина. — А остальное лучше убрать. У нашего Роди с чаем немного не сложилось.

— А, так ты и есть тот самый псих, который до Чагиной домогался? — хмыкнул парень, но поймал на себе яростный взгляд Родиона и быстро замолчал.

Через пару минут мы с Валиком сидели за столиком и уплетали вкуснейший пирог с горячим чаем.

Шиповник придавал ему немного кисловато-сладкий привкус, но это совсем не мешало этому кулинарному шедевру. Если я верно понимаю, малиновые пироги тут в ходу. И ведь вкусно пекут. Так, что хочется добавки, но надо знать меру, иначе наберу потом пару лишних килограмм и не смогу подтянуться на турниках. А я чувствую, что физической подготовке в академии будут уделять самое пристальное внимание.

— Слушай, ничего более вкусного в жизни не пробовал, — я проглотил первый кусок, и сам не заметил, как уплетал второй.

— Где такой пирог купил?

— Это домашний, мать испекла! — с гордостью в голосе отозвался Зимин. — Я ведь люблю поесть, а тут полтора суток ехать! Можно и ноги протянуть.

— Что-то по тебе не скажешь, что ты обжора.

— Это потому, что у меня обмен веществ хороший. Родь, а ты зря нос воротишь. Нам до Мурманска ещё часов тридцать тарахтеть, а вагона-ресторана я здесь не заметил.