Арктическая академия. Часовщик

— Смотрите-ка, а что это за штуковина? — Родя проскользил вниз по склону и принялся руками раскапывать свою находку. Минут через десять Серафимов вырвал из промёрзшей земли огромный пожелтевший предмет, который напоминал длинную кость.

— Поздравляю, господин Серафимов, блестящая находка, — порадовался Куксин.

— Вот эта костомаха? — Родион с сомнением повертел в руках огромную кость. — Будь я собакой, может, я бы и радовался найденной косточке.

— Это бивень мамонта! — произнёс Пётр Николаевич. — Очень ценная вещь.

— Круто! Наконец-то мне повезло. Профессор, а за сколько можно продать этот бивень? Как бы не продешевить.

— Боюсь, продать его не получится, — ответил Куксин. — Все ископаемые Новосибирских островов по закону принадлежат государству, поэтому хочу сразу вас предупредить — не стоит брать отсюда ценные вещи в качестве сувениров, или для обогащения. Эта история может закончиться большими проблемами с законом.

— Что мне теперь делать? Выбросить его? — Родя повертел бивень в руках.

— Что вы, Серафимов? Нельзя всё измерять выгодой. Мы передадим найденный вами бивень в музей. Можете рассчитывать на благодарность.

— Ага, ещё грамоту вручите! — отозвался парень, который потерял всякий интерес к находке и теперь тащил её с собой лишь потому, что выбрасывать её тоже было не с руки.

Мы пробыли на острове всего часа три, после чего вернулись на базу. Теперь новая группа студентов отправилась на Ляховские острова, а мы отправились на обед. Новый выезд нам предстоял только на следующий день.

На Котельном мы должны были пробыть куда дольше — в планах была ночёвка на научной станции. Катер должен был вернуться за нами на следующий день, когда привезёт очередную группу студентов и отвезти к новой точке маршрута.

— Остров Котельный! — произнёс наш проводник, когда мы ступили на берег самого крупного острова в группе Новосибирских островов. — Его первооткрыватели оставили здесь медный котелок, как знак того, что они побывали здесь первыми.

Чтобы добраться до научной станции, нам пришлось немного пройтись, потому как она находилась далеко от берега.

— Это сделано для того, чтобы её не затопило, — пояснил Саргын. — В период таяния льдов местная линия берегов очень опасное место, а во время шторма волны заходят далеко на берег.