Лесные заветы

Леса не боится и слышит его зов, да и мелкие скр’аги играют с ним, хотят увести, забрать к себе в нору. Конечно, как игрушку, вреда они ему не причинят. Потом отпустят и даже вернут домой, к нерадивой мамаше.

А вот водники могут быть опасны, схватят — на дно утащат, не найдешь, женщина. Проснись же, бестолковая, поздно будет.

Я сменил позицию, мальчишку стало видно лучше, он как раз подошел к самому краю речного берега. Присаживается на корточки, значит, попался на призыв, завладели его сознанием л’ирики.

Мать еще сможет вытащить его, ослабить влияние, а потом увезти подальше от реки и других водных мест, тогда и связь разорвется.

Вернется к людям, все забудется, как всегда с человеческими детьми и происходит. Но мать объята сном, а дитя погружается в смертельное забвение.

Но мне нет до этого никакого дела. Я резко делаю шаг в сторону, погружаюсь в спасительную лесную прохладу. Несколько шагов по знакомой тропинке и я вернусь на скрытую тропу. И покину этот слабый, искалеченный лесной массив и вернусь под сень древнего Лесного Царя, напитаюсь его тихой силой.

Я буду дома.

Но чем дальше я отхожу от берега, тем сильнее зудит внутри сомнение, пищит как кровожадный комар, донимает, не отпускает. Беда какого-то мальчишки — проблема этого мальчишки и его безголовой матери. Почему же я остановился и присмотрелся внимательнее? Что в них особенного? Почему меня волнуется судьба этого мальчика?

Сколько таких глупцов прошло мимо меня за бесконечно долгий срок моего служения? Сотни или тысячи?! И все они мгновенно забывались, ускользали из памяти, воспоминания смывались неумолимым временем.

Ведь что такое человеческая жизнь — несколько моих вздохов и выдохов, песчинка на дне морском, маленький листок на Великом Древе — опадет и вмиг превратится в прах.

В конце концов, есть рок, судьба, я не имею права вмешиваться. Зачем травить душу и молча смотреть? Исправить я ничего не могу. Нет-нет, пора в обратную дорогу.

Я продолжаю удаляться от речного берега и матери с ребенком и вдруг младший лесной брат останавливает меня — хлестко бьет гибкой веткой по лицу.

Я машинально дотрагиваюсь до раненого места и вижу кровь на своих пальцах. Что такое, чем я тебе не угодил?

Лес шелестит листьями, стонет, больно дергает ветками за волосы и громко возмущается. Внезапно поднимается резвый ветер и гнет тонкие кроны молодых деревьев, потом кидает песок мне в глаза, но я успеваю прикрыться. Ветер летит мимо, туда, к речному берегу, к мальчишке и его нерадивой матери.