Лесные заветы

Дом молчал, но в глубине его потухших окон я узрел нечто неуловимое, нечто зловещее и злокозненное.

Неприятный холодок пробежал по спине. Значит ли это, что стены усадьбы перестали был защитной крепостью для представителей рода Сескутовых? Но как это возможно? Как зло проникло внутрь, обойдя все запреты и наговоры? Что-то должно было послужить ключом, стать отправной точкой, открыть, так сказать, вход изнутри! Что-то или кто-то…

Я дернулся, почему-то дыхание перехватило. Анна. Нужно предупредить ее, она не должна больше безоглядно доверять родным стенам, дом уже не принадлежит Свету, он медленно погружается во Тьму!

Впрочем, как и вся деревня… Я с удивлением взирал на притихшее поселение: не лаяли собаки, не мычали коровы, не кудахтали куры, не слышно было даже человеческого говора и смеха, ничего.

Заречье, словно в одночасье, просто вымерло! При этом я ощущал жизненные токи множества человеческих сердец, но они были заторможены, как бы погружены в странную болезненную летаргию — будто люди спали наяву!

Я присел на корточки и стал молча наблюдать и думать, думать, думать.

И постепенно пазлы складывались в единую ужасающую картину. После того как я допустил самое невероятное развитие событий, все встало на свои места. Жестокий кукловод показал мне свое истинное лицо. Насколько же алчным, коварным, хитрым и расчетливым оказался враг, долгое время прятавшийся за спинами обычных демонических сил. А теперь беда стоит на пороге нашего дома… один неверный шаг — и Лес окажется в ловушке двуличного интригана! Нужно спешить — предупредить об опасности.

..

Налетел сильный порыв ветра, так что зашатались стволы деревьев, а с ближайших кустов посыпались листья, глаза защипало от попавшего в них песка. Едва проморгавшись, я с трудом разлепил неожиданно потяжелевшие веки и увидел темную размытую фигуру, идущую в мою сторону по проселочной дорожке — она то распадалась, теряя четкость, то вновь собиралась в единое серо-черное пятно, напоминавшее энергетический сгусток.

Внутри я разглядел мелкие грязно-оранжевые всполохи, попеременно появляющиеся дыры, напоминающие драные проплешины на здоровом теле.

Фигура источала тошнотворное гнилостное зловоние, которое я различил даже со своего места. Безликое лицо приковывало взгляд: на месте глаз зияли два черных провала, внутри которых мерещились ярко-зеленые всполохи, завораживающие и притягивающие как магнит. Магуй восстал из небытия и мы были не только не готовы к его возвращению, но и абсолютно безоружны.