Орден Света - 3. Ветер перемен

Алекс побледнел, выпустил из рук глухо звякнувший об пол груз и ринулся к окровавленному, распростёртому в углу телу своей девушки. Слава Богу, она была без сознания, но ещё жива. В гневе развернувшись к осьминогу, он выпустил в него всю обойму пистолета с глушителем, и тут же убедился в том, что недавно обнаружила Вероника: пули просачивались сквозь тушку монстра и причиняли вред разве что его гордости. И настенному кафелю.

Опешивший от такой наглости Спрут начал потихоньку приходить в себя и рвать сковывающие его невидимые энергетические путы.

– Займись им, а мне надо заняться делом! – Архангел отдал Алексу чёткий приказ и принялся доставать из сумки и расставлять на полу какие-то продолговатые металлические конусы.

Энергетический луч, который был накинут на Спрута, уже почти рассеялся, и Алекс попытался задействовать свою энергетику, чтобы его восстановить. Но не успел. Разъярённый осьминог бросился на него, пролетев в прыжке мимо Архангела.

Теперь уже Алексу, как и Нике, пришлось уворачиваться от ударов Спрута.

– Хватит уже с ним играть! – кинул реплику Архангел, краем глаза наблюдая за попытками Алекса справиться с монстром. – У земных осьминогов три сердца. Думаю, надо целиться по ним! – заявил он.

– И где же они находятся? – проявляя чудеса акробатики, чтобы увернуться от ударов шипованных щупалец, уточнил Алекс.

– Я не успел это выяснить! – откликнулся старейшина, не отрываясь от своего занятия.

– Иногда ты мне так Хантера напоминаешь, Михаил! – криво усмехнулся его бывший ученик.

Хантер был не только эксцентричным старейшиной Ордена, который жил по собственным законам логики и этики, но и инопланетянином, принявшим вид хрупкого безобидного старичка.

Очередной хлёсткий удар сбил Алекса на пол, но он быстро снова вскочил на ноги. Высокие армейские ботинки защитили его ногу от острых ядовитых шипов.

– Приготовься! – приказал Архангел, завершив, наконец, свои манипуляции.

Алекс в молниеносном прыжке с переворотом кинулся к нему.

– Сейчас! – крикнул старейшина, и они одновременно с Алексом нажали кнопки на противоположных металлических конусах, находящихся на концах полукруга.

Тварь тут же затрепыхалась, пойманная в невидимую ловушку, и побелела от испуга. Несколько пуль, выпущенных Алексом, оставили рваные, истекающие зелёной слизью раны на теле Спрута.