Одинокий вампир и его сорок кошек

Маленькая сухонькая старушка с кротким взглядом выцветших зелёных глаз совершенно не походила на вампирку. Глеб никогда бы не поверил, что она из их породы, если бы точно не знал. Выглядела она как обычная пенсионерка, которая шуршит по хозяйству и ползает по ближайшим магазинам в поисках скидок. Зауряднейшей пожилой женщиной – вот кем казалась Агния Петровна. На деле была она очень непроста. Другие её побаивались, выражали почтение. В чём состоял замес, Глеб по молодым годам точно не разобрался, при нечаянной встрече усердно кланялся старушке, как делали все, по возможности, держался в сторонке.

Получив робкое приглашение «проходить», Агния Петровна ступила на веранду, где преимущественно обитала кошка, избрав любимым лежбищем старое, тоже с продавленной ямкой кресло. Усевшись напротив, вампирская бабушка принялась изучать Мусю внимательным взглядом, как это совсем недавно делала Женя. Вампиры вообще походили друг на друга повадками. Кошка не устрашилась. Спокойно смотрела в ответ, жмурясь иногда и перебирая лапами по вытертой обивке.

– Славная, – сказала Агния Петровна, в достаточной степени насладившись зрелищем. – Правильно ты сделал, что приютил. Ей еда и крыша, тебе компания рядом, а то особняком всё держишься, своих избегаешь, словно не свои они.

– Да я надоедать никому не хотел, – пробормотал Глеб. – У каждого заботы, а я тут почти чужой. Только что не с улицы взят, как кошка. Хотя, наверное, приблудный, если глубинно разбираться.

Мастера своего Глеб не знал и не помнил.

– Добро всегда откликается, не так, так этак, – сказала Аглая Петровна. – Тебя не обидели, и ты не обидел, славно получилось в итоге. А с ребятами дружи, никто против не будет. Привыкли даже те, кто прежде косился.

– Опасаюсь я, что стану навязываться, не понимая, кто в каком чине, оттого грубость покажу.

– Так спрашивай. Не захотят ответить, не ответят, а за вопрос не побьют, все росли с птенцов, сложности помнят.

– Спасибо, – поклонился Глеб.

Агния Петровна усмехнулась и ушла себе, чинно постукивая палочкой, с которой обычно ходила на людях, как положено старушке. Затворив за ней калитку, Глеб задумался, но решил счесть, что дела его теперь налаживаются. Кошка помогла его социальной адаптации или что иное, всё на пользу пошло.