Подпольный Алхимик 2

Виктор не изменился в лице, не поперхнулся слюной, но глаза его слегка расширились от недоумения.

– Но у вас есть родовой юрист.

– Меня он не устраивает. И у меня нет причин доверять ему.

– А мне – есть?

– Как я уже объяснил – вам доверял Карл Босстром. Это очень много значит для меня.

– Я весьма польщен, барон… думаю, мы с вами сможем договориться.

– Отлично. Давайте уладим все формальности как можно скорее.

– Хорошо, барон. Я подготовлю документы и пришлю вам. Скажите, какие задачи вы хотите поставить передо мной?

– Во-первых, мне нужен новый дом.

Я его куплю. Готовый, отстроенный, обставленный так, чтобы – въехал и жил.

– Критерии выбора?

– В благоустроенном районе, не меньше моего старого особняка, той степени роскошности, которая будет соответствовать моему титулу.

– Насколько остро стоит вопрос стоимости?

– Об этом можете не волноваться.

– Но, помнится мне, совсем недавно вы были в весьма затруднительном финансовом положении… – Виктор, поправив очки, с легким удивлением взглянул на меня.

– У меня есть доход от нашего семейного бизнеса, господин Форсберг, а также бизнес Карла приносит мне прибыль, да и кое-что в наследство от моей семьи сохранилось…

– Понимаю. Ваши критерии мне тоже понятны, барон. Я займусь этим вопросом.

– Благодарю вас. Также я попрошу вас перечислить средства на счет родителей моего погибшего водителя… но так, чтобы они не узнали, от кого средства. Сможете ли это сделать?

– Да, вполне, господин Ульберг. Скажем… якобы от страховой компании, в которой упомянутый вами господин вполне мог застраховать свою жизнь.

– Отлично, эта версия сгодится, – согласился я. – Чуть позже я напишу вам имя человека, на чей счет необходимо перечислить деньги. Дайте знать, когда найдете подходящий дом. – Я, поднявшись, протянул руку для прощания.

***

Дом был найден Форсбергом спустя два дня. Это был роскошный особняк в одном из самых благополучных районов города – не самом богатом, но достаточно престижном для барона.

Особняк некогда принадлежал какому-то канувшему в лету роду.

После того, как род сгинул, дом стал собственностью императора. Затем он жаловал его некоему простолюдину за военные заслуги перед империей, но когда новый владелец особняка погиб, его вдове стало не по средствам содержать дом, и она выставила его на продажу. И тут на ее пороге объявился Виктор Форсберг.

Особняк обошелся мне относительно дешево: вдове была важнее скорость получения денег за него, нежели их количество.

Особняку было полтора столетия.