Хтонь. Истоки

Глава 9

Предоставленная неподалеку от бывшего аббатства комнатка оказалась и вправду достаточно уютной. Располагалась она в просторном особняке, стоящем на небольшом удалении от основного жилого массива и служившим штаб-квартирой ордена.

Было разумно предположить, что монахи, несмотря на потеплевшее отношение, все еще хотели держать Дмитрия под боком. Навестивший его в тот же день врач внимательно осмотрел и прочистил рану, заверив что он находиться на верном пути к выздоровлению, однако необходимо отказаться от физической активности и проводить время в покое.

Три раза в сутки молодой служитель ордена, бывший почти подростком, вежливо стучался в его комнату, толкая перед собой тележку с едой. В столовую, которая находилась на нижнем этаже и где проводились общие трапезы, его не приглашали, да он и сам охотно обходил других жильцов.

Несмотря на это, местные гастрономические пристрастия его радовали и в целом совсем не соответствовали привычным представлениям об аскетичном укладе жизни монахов. Классический английский или скандинавский завтрак лишь предвещал обилие разнообразных блюд на обед, чьи порции казались вовсе не предназначены для одного человека, а также десерты, которым могла позавидовать не одна кондитерская любой европейской столицы.

За первые несколько дней он почти не сталкивался с Йозефом, который его явно избегал и с Аликой, чье общество ему было бы гораздо приятнее. Со временем он смог лучше идентифицировать людей, проживающих в особняке и мысленно поделил их на «инквизиторов» и «богословов». Первые походили на тех, кто совсем недавно пытался его убить, представляя из себя подтянутых людей молодого или среднего возраста с цепким взглядом и навещали особняк лишь от случая к случаю.

Вторые были зачастую постарше и производили впечатление скорее творческой интеллигенции, чем монахов. Кроме того, они явно проживали здесь на постоянной основе, передвигаясь по особняку в домашней удобной одежде. И те и другие держались от Дмитрия подальше, с той лишь разницей что «инквизиторы» просто холодно его игнорировали, а «богословы» периодически косились в его сторону с настороженным любопытством.