Хтонь. Истоки

Сел в раритетный «Татру», трамвай распространённый еще во времена его детства в Москве и тронувший тем самым воспоминания. Красный вагончик натужно двинулся в гору, а Дмитрий с интересом стал рассматривать древний город через замутнённое стекло.

С отдалением от старого города пейзаж ощутимо менялся, обрастая многочисленными граффити, неухоженными строениями или напротив, спокойными, но скучными рядами невысоких панельных блоков.

Как и в любом другом городе, именно в спальных районах здесь теплилась настоящая жизнь, скрытая от глаз туристов и лишенная одурманивающего шарма центральных улочек.

До нужного адреса оставалось еще около получаса. Оля жила практически на конечной.

Дмитрий наконец оторвался от созерцания городского ландшафта за окном. Смутное беспокойство вклинилось в размеренное течение мыслей.

Вокруг что-то ощутимо менялось, однако он не мог выявить причины для растущего внутреннего беспокойства. Все так же дремала впереди немолодая парочка, негромко посмеивался в трубку подросток, прислонившийся к поручням.

Немногочисленные пассажиры не обращали на Дмитрия никакого внимания, от присутствия полицейских также было не следа. И все же он не мог больше сосредоточиться на привычных мыслях. К беспокойству добавилось вдруг легкое щекочущее ощущение на груди.

Опустив взгляд и расстегнув верхнюю одежду, он тихо выругался – футболка явно была в крови.

Приподняв горлышко свитера, он с неумением обнаружил как из новоявленного родимого пятна слабо сочится темный ручеек.

Ощущая испарину на лбу и желание оказаться на свежем воздухе, он приподнялся с кресла. Выскочив на ближайшей остановке неподалёку от парка, он прошел пару метров, шумно втягивая в себя воздух и уселся на пластиковое сиденье пустующей остановки.

С телом явно что-то происходило. Ощущение духоты сменилось жаром и не удовлетворившись расстегнутой молнией, он теперь скинул и парку.

Медленно ведя глазами из стороны в сторону, он обнаружил что находиться не рядом с парком, как ему в начале показалось, а с кладбищем.

Ухоженные ряды могил брали свое начало неподалеку от противоположенной стороны путей и уходили вглубь территории, скрытой аккуратными рядами деревьев и редкими кустарниками.