Хтонь. Истоки

Голова его метнулась вперед, пытаясь отхватить ногу Дмитрия, и удар пришелся прямо в небо его распахнутой пасти. Хрустнув, та раскрылась еще шире, походя теперь на сломанную крышку. Инерция от его прыжка приподняла Томаша вверх и стала переворачивать на спину. Рухнув, монстр забился в судорожных конвульсиях, загребая руками землю.

Что-то подсказывало Дмитрию, что дело еще не завершало. Приглядевшись, он явственно увидел, как рваная дыра на спине голема стремительно затягивается новыми волокнами плоти. Необходимо действовать быстро.

Дмитрий стремительно оказался у тела монстра и ударом ноги впечатал его череп в землю. Тот явственно хрустнул и деформировался. Содрогающаяся внизу туша обмякла, однако он чувствовал, что этого все еще недостаточно.

Остановившись над телом, Дмитрий вызвал в памяти окончание схватки с пражской тенью.

Затем расстегнул рубашку и провел ногтем через родимое пятно, распарывая кожу. Тело под ним зашевелилось, уже затянув рану в теле и пытаясь выпрямить смятые кости черепа. Наконец, падающие с груди капли достаточно окрасили подставленную ладонь Дмитрия.

Где-то в глубине сознания новая волна неожиданно подсекла его голень, и он по голову ушел в темную жидкость. Его вновь стремительно несло к обрыву.

Удерживаясь в реальном мире последним усилием воли, Дмитрий упал на колени и приложил ладонь к искалеченной голове Томаша. Тело монстра выгнулось по дуге и, кажется, даже приподнялось в воздух. Когтистая рука метнулась чтобы неминуемо проломить ему висок, но не долетая до него, стремительно начала превращаться прах.

Тело голема рассыпалось на глазах, оставляя лишь небольшие холмики костей под серой пылью.

Черно-белая картинка его восприятия замелькала перед глазами, и он понял, что это конец. Вместе с Томашем он также покидает этот мир. Только вот его место занимало что-то другое.

От противоположенной стены пещеры к нему метнулась маленькая фигурка, которая могла принадлежать только Алики. «Помоги» - прошептал он, окончательно проваливаясь во тьму и ощущая, как волна наконец смывает его с обрыва.

Беспомощная искорка сознания летит в пустоту и начинает гаснуть.

Глава 20

Еще чуть-чуть и... Рывок. Белая вспышка. Дмитрий осознает, что лежит с открытыми глазами и смотрит в небо. Затянутое серыми облаками, оно тем не менее представляется источником ярчайшего на его памяти света, после пережитого в пещере. Ветер приятно щекочет лицо и качает верхушки елей над ним.

Затем приходит боль. Ноет бедро от неудачного прыжка, саднит рука.