Хтонь. Истоки

Та же одинокая длинная проселочная улица с обступающими ее с обеих сторон рядами низких хат, тот же продуктовый магазинчик, куда они успели зайти в тот день.

Вот только все еще более омертвело. Ощущение запустения, которое присутствовало еще тогда, теперь неприкрыто царило в этом месте.

При этом люди явно продолжали здесь жить. Вдали по улице мелькнула пара не старых еще женщин, вышла на крыльцо магазинчика продавщица, распаковывая пачку сигарет. Многие дома выглядели вполне жилыми. Некоторые даже оказались обложены кирпичом и могли сойти за пригородные коттеджи.

И все же, аура омертвения укутывало каждый уголок окружающего пространства. Внутренний голос подсказывал Дмитрию, что он здесь чужак.

Но именно здесь его ожидали ответы на то, что случилось тем летом. Теперь он способен их считать там, где другие прошли мимо.

Медленно проходя по улице, Дмитрий убеждался, что деревня не является покинутой. Тут и там слышались голоса, в паре окно он ловил на себе настороженные взгляды.

Большинство обитателей были явно пенсионного возраста, за всю дорогу ему не встретилось ни единого ребенка. Что в общем-то было объяснимо отсутствием в данный момент каникул.

Подойдя к дому, где их семья в то время остановилась, Дмитрий ощутил укол сожаления. Он выглядел совсем запущенным. Родители больше никогда не возвращались сюда после произошедшего и дом оставался на попечении родственников. Очевидно, они как минимум последние несколько лет к нему также не проявляли интереса.

Заколоченное окно, покосившаяся крыша и высохшие клочки сошедшей краски рисовали невеселую картину покинутого очага, когда-то дававшего уют не одному поколению семей.

Дмитрий осторожно отворил калитку и прошел во двор. Тот уже успел зарасти травой и сорняками, так что приходилось при каждом шаге высоко поднимать ноги.

В саму хату заходить не хотелось. Было осознание, что внутри там хлам и запустение, которые лишь усилят тягостные впечатления.

Вместо этого Дмитрий двинулся к противоположенной стороне двора, намереваясь выйти в сад.

В нем уже не оставалось и следа на одомашненный уголок природы. Продираясь через высокий кустарник, Дмитрий успел несколько раз пожалеть, что он сюда явился. Но упрямое чувство вело его вперед.

Наконец он вышел к полю.

Совсем как в детстве, оно продолжало оставаться бескрайним и ненужным. Удивившись такой расточительности пахотной земли со стороны местной администрации, он опустил взгляд и вздрогнул.