Здесь, на знакомых тротуарах...

– Вещь приметная, такие бесследно не пропадают… Я ее малость подзаправила – на один-два вызова точно хватит, а больше тебе и не надо!

– Так говорю же: не вызывает она никого! – не спешил все же радоваться Иван. – У меня какой-то бомжара прикурить попросил, – принялся излагать вчерашние события он. – Я ее ему дал, он зажег огонь – никто никуда не явился!

– Это потому, что хозяин вручил огниво тебе, а не этому, как ты его назвал, бомжаре, – менторским тоном проговорила Яга. – Меткое словечко, кстати, – хмыкнула она, – неприкаянный домовой – он как раз без определенного места жительства пребывает, вот и ходит грязный да рваный… Ну да не суть.

– Ну, если так… – все еще не вполне уверенно протянул юноша.

– Договорились? – протянула ему зажигалку собеседница. – Огниво в любом случае тебе отдаю, делай с ним, что хочешь – но жду ответа.

– Это да… – пробормотал Иван. Что ж, пожалуй, выбора у него и впрямь не было. – Хорошо, договорились! – решился он, забирая из ладони Яги волшебную зажигалку.

– Вот и ладушки, – кивнула хозяйка. – Ты кашу-то кушай, пока не остыла – сил набирайся – они тебе скоро ох как понадобятся!

Молча кивнув, юноша обреченно взялся за ложку.

Глава шестнадцатая

Иван

Вызывать Серого непосредственно в «избушку» – или хотя бы на первый этаж фитнес-клуба – Яга категорически запретила:

– Нечего волчку тут у меня ошиваться! – не терпящим возражений тоном отрезала она.

– Да и он, кажется, говорил, что ему к вам хода нет! – вспомнил Иван.

– Впрок пошел предыдущий урок, значит, – усмехнулась хозяйка, но от любых объяснений уклонилась: – Наши с волчком старые счеты – не твоего ума дело! Так что ступай-ка ты, добрый молодец, дышать свежим московским смогом, – заключила Яга. – Заодно и ноги разомнешь… И смотри, ближе, чем за квартал от «Золотого Сечения», огниво даже не доставай! – напутствовала она юношу уже практически вслед.

– Боитесь, взорвется? – хмыкнул Иван, обернувшись в дверях – и вздрогнул, запоздало подумав: а ну как и впрямь рванет? С этих – станется!

– Еще пара дурацких вопросов – и кое-что точно взорвется: мое нечеловеческое терпение! – недобро прищурилась на собеседника хозяйка – и тот поспешил ретироваться.