Влекущий голос безумия

Надо только показать девушке путь.

Посланник Хастура направил свою волю на кулон Элизабет, выскользнувший из-под платья девушки.

Джек Пибоди бросился на Йена. Будь у него больше времени, или парочка артефактов под рукой, смять спутника этой девчонки ничего не стоило бы. Хотя, калека и сейчас не вызывал особого беспокойства у культиста. Не смотря на свой нарочито интеллигентный вид, Джек являл собой умелого и опасного противника.

Пибоди налетел на Уэллса, стараясь сбить того с ног. Йен устоял. Даже постарался дотянуться до Джека рукояткой пистолета.

Культист извернулся, стараясь держаться со стороны отсутствующей руки солдата, ударил Йена ногой в голень.

Уклоняясь от ударов Уэллса, Пибоди задавался вопросом, тревожившем его куда как больше драки - каким образом этот человек попал сюда.

Культисту не понадобилось много времени, чтобы получить ответ на свой вопрос. До его слуха донёсся радостный детский смех, а по штанинам вверх взбежали несколько проворных огненных ящериц.

Культист с ужасом бросился в воду, стремясь погасить начинающий разгораться огонь.

Это отродье! Вот кто привел сюда однорукого. Что же делать?

Пламя коснулось пиджака Пибоди, но намокшая ткань отказывалась загораться. Джек оскалился. Есть способ! Есть! Зубами он впился в запястье, прокусывая вену. Его покровитель, человек в жёлтом, защитит от спящего в глубинах Хали. Защита коснётся его и будущую наложницу Короля. А отродье в облике ребенка и однорукий солдат послужат пищей Шогготу, или кого там таят воды озера.

Кровь и призыв.

Всего пара слов! Джек Пибоди ощутил странный удар в лоб, следом обжигающую боль. Это длилось меньше секунды. Потом мертвое тело, с дырой между глаз, медленно завалилось в воду.

Йен отвернулся от убитого врага. Давать подобному человеку что-то произносить вслух в его планы не входило. Только не в таких местах, как это и не тогда, когда культист рвёт зубами свою руку в надежде пустить кровь.

Но самое главное - не тогда, когда этот культист стоит на пути к цели Йена Уэллса.

С яростным криком Уэллс бросился к паре, стоявшей с сомкнутыми руками.

Мужчина влетел между ними. Элизабет, вскрикнув, упала на песок. Человек в серебряной маске качнулся, но устоял. Он протянул руки со скрюченными пальцами к горлу Уэллса. Глаза под маской полыхали яростью.

Йен быстро выстрелил, выпустив оставшиеся пули в упор, прямо в грудь своего врага. Тот сбился с шага, но оставался на ногах. Пули, рвавшие ткань костюма, оставались бессильными перед плотью посланника.