Материя, энергия, синтез

Ни одна из них не хотела, чтобы её постоянно читали, как открытую книгу?

В начале своей карьеры Костя, ещё будучи юнцом, случайно прошёл возле того места, где Буравин вёл расследование. Такого всплеска эмоций он не испытывал ни разу в жизни. Это выбило его из колеи на неделю, но за это время он успел покопаться в себе и понять одну простую вещь: если он не предложит Ире встречаться, то окончательно поедет крышей. 

Так что, пускай и совсем косвенно, именно Буравин был повинен в самовольной ссылке Кости в тайгу.

-Итак, выяснили что-нибудь про усопшего?- Аркадий потер руки и принялся обходить комнату по точно такой же траектории, что и Просковья пару минут назад. Видимо, способности повели его по этому месту. 

-Ничем не примечательный персонаж,- ответил Костя:

-Нас зацепило его дело только из-за его способностей. Он…- и только тут мужчина понял, что суть не сболтнул секретную информацию.  Буравин мог и не быть в курсе всего происходящего.

-Успокойся, Константин,- улыбнулся Аркадий:

-Было бы странно, если бы наш почтенный Эдварт Дмитриевич не привлёк меня к делу Чёрных.

-Физик. Умел концентрировать свет на кончиках пальцев и создавать лазеры,- отчеканила Просковья.

-Интересно,-  Буравин вздохнул, прикрыл глаза, а когда открыл их, зрачки с радужкой исчезли. Пугающий белый глаз осмотрелся вокруг.

-Много гнева. Очень много. И не капли страха. Он знал своего палача.

-Это мы знаем. Импат-участковы уже сказал нам.

-А он сказал, что злилась не только жертва, но и преступник? Причем если мужчина злился жарко, эмоционально и с надрывом, то его убийца был холоден. Старая ярость, в которой потух весь огонь и остался лишь холод и тяжесть. Она сжирала нашего киллера, скорее всего много лет к ряду. А ещё крохотный, но отпечаток вины.

У Буравина вздулась и запульсировала жилка на виске. Костя весь напрягся, зная, что за этим последует.

-Вот, взгляните,- импат щёлкнул пальцами, и мир потерял краски.

Костя попытался встать с дивана, но сила импата была такой, что даже пошевелить ногами уже было тяжело, не то, что подняться.

Оставалось быть свидетелем этого безумного танца красок.

-Они что-то говорят?- спросила застывшая в двери Просковья.

-Секунду,- Аркадий вновь напрягся, и танец пятен наполнился звуками. Это скорее напоминало несвязный бубнёж, чем разговор.