Правосудие Зейна

Так, после воодушевляющей речи генерала конная лавина под градом пуль пронеслась по полю боя, сметя как живую силу противника, так и его технику. И лишь вовремя подошедшее подкрепление церковных воинов завершило эту кровавую бойню. К сожалению, выживших всадников оказалось немного. Полистав заметки, в одной из первых военный газет я обнаружил некролог о директоре цирка, скончавшегося за несколько дней до той знаменательной битвы от сердечного приступа. Эх, главнокомандующим он не был, да и теперешний руководитель, его потомок, вряд ли им является.

Глава десятая

Рабочий день закончен, я сижу в кафешке и ложкой мучаю омлет.

- Сомнения – вот худший враг. Я уже больше месяца работаю в Департаменте… Месяц, Карл! – делаю многозначительную паузу, но мой собеседник до сих пор не понимает, к чему я веду этот разговор.

- Нужно пройти проверку, - я многозначительно коснулся крестика, - и получить благословение! –

- Ну, так пройди, - все еще не видел в этом проблемы мой собеседник, - можно даже у нас, просто в нужный кабинет приходишь…-

- Без благословения! – ахнул я.

- Удобно и быстро, - закончил за меня мой собеседник. – Но судя по всему тебе это не подходит.

Я яростно закивал в ответ.

- Тоже не вижу в этом ничего такого: отсидишь проповедь у Себастьяна и будешь чист и невинен как агнец. –

- Не смешно! – я состроил возмущенное лицо. – И, вообще, у нас всегда были в чести Пейт и Шуара. –

- Ну, сходи на танцульки, что в этом такого – легкомысленно заявил он, - рожи бить в трактир ты вряд ли пойдешь.

Вы, наверное, спросите, кто этот вольнодумец и реалист? Эдуард Карланский – мой коллега по работе, такая же младшая ищейка, как и я. Именно он поделился тогда со мной в автобусе газетой. А после мы как-то раз пересеклись в архиве, зацепились языками, обменялись впечатлениями и забавными случаями к вящему взаимному удовольствию. Впоследствии выяснилось, что он, так же как и я, не захотел идти в жрецы, что не удивительно с его-то взглядами на жизнь, и был отправлен проходить стажировку в департамент.

Но отрешимся от воспоминаний и вернемся к диалогу. Я хотел бы ему как-то возразить, но не смог подобрать слова. Из-за чего помучавшись с минуту, буркнул: «Возможно, ты в чем-то прав».