Тайна Безмолвного Леса. Хранительница Камней

, которые выглядели, как современные обогреватели, но выполняли совершенно противоположную функцию. Они имели вытянутую, чуть расширенную книзу форму, были выполнены из приятного матового пластика и могли менять цвет. Такие штуки располагались в каждой комнате, что оказалось довольно удобным.

Лулу вспомнила, что не успела разобрать вещи и «заселиться вновь» в свою комнату, поэтому поднялась по лестнице наверх и свернула направо, к башне. Это крыло было обустроено для сестёр-принцесс. Одна комната тем не менее все эти годы была полностью пустой и всегда закрытой.

Родители говорили, что оставили её «на всякий случай», хотя Лулу казалось, что для этого лучше подходят гостевые комнаты. Возможно, девушка чего-то не понимала.

Ундина удивилась, заметив, что дверь этой самой комнаты приоткрыта. Девушка заглянула внутрь. Люлька. Ну, конечно.

Лулу подошла поближе – всё равно их никто не видит. Внутри детской колыбели сладко спал бритоголовый младенец. Марк, её племянник. Девушке до сих пор трудно в это верилось. Когда она представляла Лили и Майка вместе, ей хотелось сделать что-нибудь ужасное.

Вот, например, сейчас очень удачный момент: никого нет рядом, ребёнок спит. Если взять вторую подушку, то…

«Не позволяй злу поселиться в твоей душе, а ревности заглушить свой разум. Ты выше этого, Лулу, ты сможешь справиться», — твердил ей внутренний голос.

Девушка прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов, принялась мысленно считать: раз… два… три... Она чувствовала, как её волосы слегка поднимаются вверх, и знала, что они светятся.

Пусть. Это её сущность, её вторая ипостась. Её возможность справиться с эмоциями, возможно.

Когда ундина открыла глаза, то увидела вокруг мальчика бледный светящийся ореол. Она в изумлении прижала ладонь ко рту.

— Это то, о чём я думаю?

Марк отреагировал на её голос и распахнул раскосые дымчатые глаза.

«Теперь точно видно, что это сын Майка. Только бы не начал плакать!»

Вопреки её опасениям Марк улыбнулся беззубой улыбкой и издал неопределённый звук гуления.

— Ну, здравствуй, чудище, — усмехнулась девушка.

— Ты напоминаешь мне сейчас Малефисенту[1], — услышала она за спиной голос, который заставил её вздрогнуть и зажмуриться. Лулу заставила себя собрать всё мужество и повернуться к Майку с улыбкой.

— О, ты оценил отсылку.

— Я всегда ценил твои отсылки. Все, что ты упоминаешь в истории. И всё же, по иронии, ты действительно на неё похожа. Злодейка, ревнующая возлюбленного к той, от которой у него ребёнок. Желающая мести.