Штука

– Вы прикрываетесь детьми?- Во-первых, не «вы», а мы, - с ленцой отозвался Пал Ильич. – А во-вторых, должны же мы готовить себе смену…- Вот в чем дело… - я начал понимать. – Все эти дети – слабаки?- Практически, - Пал Ильич криво улыбнулся. – С детьми все не так просто. Кто сильный, кто слабак, станет ясно далеко не сразу. Но так, по крайней мере, наше будущее под контролем... Пойдем!Физрук поманил небрежным жестом, и мы пошли по гравийной дорожке, что вилась между неряшливыми кустами. Когда первое наваждение прошло, стало ясно, что лагерь действительно порядком запущен, а дети в основной своей массе – довольно апатичны с виду.

Болезненный какой-то лагерь. И веселье у детей вялое, напускное. Мне доводилось в детстве бывать в лагерях, и воспоминания о тех временах – самые светлые. И что мне запомнилось больше всего – это неизменные лидеры, выдумщики и заводилы, без которых вряд ли было бы так весело. Кто придумывал все эти ночные побеги, шутки с зубной пастой, страшные истории по ночам и довольно жестокие розыгрыши со спящими приятелями? Как сейчас помню ту разъедающую душу зависть хулиганистым и веселым приятелям… Но, кто его знает – может, все это искажения памяти, и у нас все было так же? И все наши забавы со стороны выглядели скучными глупостями? Конечно, слабак далеко не всегда выглядит слабаком. Но детям скрывать правду гораздо труднее…- И кого ж вы из них готовите? – поинтересовался я. – Идеальных слабаков?Тут же чуть не налетел на своего спутника. Тот сверкнул глазами и тихо бросил:- Не произноси здесь больше этого слова! Понял?! Говори – «наши». Я заткнулся. Даже голову вжал в плечи.Однако круто он берет. Неужто предо мной сам Владыка? Очень на то похоже: рядом с ним я вновь ощутил свое, забытое было, ничтожество. Нельзя этого делать, можно совсем нюх потерять… - А где остальные? – виновато поинтересовался я. И быстро уточнил:- Ну… Наши…- Здесь все взрослые – наши. Вожатые отрядов, администрация, повара, дворники, водители… - физрук снова говорил спокойно и приветливо. Навстречу пробежала группка девочек – они о чем-то весело переговаривались. Приблизившись, разом замолчали, хором поздоровались  - и в лицах их была какая-то большая детская тайна. Только отбежав достаточно далеко, они снова принялись что-то шумно обсуждать.Дети как дети. Наверное, даже хорошо, что их отделили от сильных сверстников. Мне вдруг вспомнилось собственное затравленное детство, дикие драки в подъездах, постоянный страх и унижение… Даже в глазах потемнело.