Клубок проклятий

Тем не менее, я не намерена была отступать. После услышанного особенно.

— Я хочу продолжить расследование, — категорично заявила я Снежной. — Знаю, он будет против, но это его проблемы.

-Ты понимаешь, что ты сейчас под ударом? Ведьма, неопытная. Возможно, самая неопытная. Ты наиболее очевидная и лёгкая мишень для убийцы.

— Тем более. Лучше, если Эдгар за мной присмотрит, не?

— Вообще-то он потребовал отправить тебя куда-нибудь подальше. На другой конец света, в длительный оплачиваемый отпуск.

— Звучит заманчиво, особенно в той части, где про «оплачиваемый», но нет.

Отложим это до окончания расследования. Но ты запомни эту мысль. Длительный отпуск за счёт конторы — это отличная идея. Позже.

Снежная вздохнула, соглашаясь со мной. Вряд ли насчет отпуска, скорее касательно расследования. В отличии от Эдгара, она разбиралась в ведьмах и женской психологии. Остановить меня сейчас не под силу и сотне дипломированных магов. Я ведьма, мои желания угодны миру. По крайней мере иногда. А я желаю присматривать за этим дураком, который не чает от меня избавиться.

Глава 21

Не то чтобы Эдгар сразу сдался. Сначала он долго пытался уговорить Снежную. На что уговаривал, точно не знаю, но, думаю, идея была из ряда: сковать меня заклинанием, спрятать в чемодан и отправить куда-нибудь посылкой без указания обратного адреса. Снежная не уговорилась. Уважаю. Она женщина умная, понимает, что ничего бы из этого не вышло. Даже если разрезать меня на ленточки, эти ленточки приползут, куда захотят и там сложатся в красивое, ёмкое словосочетание «а вот уж хренушки».

Если чёрная ведьма что-то решила, то она не отступит.

Затем Эдгар попытался применить ко мне все виды воздействия, кроме физических. Он меня сначала уговаривал, сулил мне всяческие блага и радости жизни. Это мне даже понравилось. Впервые он обращался ко мне если не с нежностью, то с толикой уважения. Я даже некоторое время делала вид, что вот-вот у него получится. Ещё немного, и я поддамся и сделаю так, как он просит.

Я задумчиво кивала головой, поддакивала и загадочно улыбалась. В какой-то момент, видимо, переборщила с театральностью, и Эдгар понял что зря старается.

Тогда он начал мне угрожать. Он пугал меня, рисовал самые страшные картины моего безрадостного будущего. Настаивал на том, что без руки и с тьмой в лице я буду выглядеть отвратительно и долго не протяну. Напрасно естественно настаивал. Я была кремень!

Он даже попытался применить запрещённый прием.