Рыцари веры

Втайне он боялся, что рыженькая окажется несовершеннолетней.

Слово за слово договорились встретиться утром за завтраком, а потом вместе отправиться на склон. Девушки обещали показать трассу для начинающих и посоветовать, откуда лучше выходить на спуск. Узнав о сестре Богдана, оказавшейся впервые на горнолыжном курорте, все загорелись желанием помочь. Также подружки рассказали о намечающихся на днях соревнованиях, в которых собирались принять участие.

– Сделаем всех? – посмотрел Богдан на друга.

Он уже сидел рядом с Лилей и касался пальцами ее руки. Очень осторожно. При этом не пытаясь обнять или сделать что-то еще. Забавно. Прежде столь рыцарского поведения за ним Хан не замечал.

– Сделаем, – согласился Хан. Сам он пока не мог определиться, кто из трех девушек нравится ему больше.

Незаметно пришло время расходиться. Все еще раз договорились о встрече за завтраком и разбрелись по своим номерам. Правда, Хан с Богданом ненадолго задержались в коридоре.

– Я так понимаю, что пари уже недействительно? Ты запал на рыжую, а с остальными отдуваться мне?

– Заткнись, – посоветовал Богдан, – я еще сам не понял.

Хан закатил глаза, но промолчал. Лишь пожелал хороших снов с рыжей в главной роли и ушел к себе в номер.

* * *

Ирен проснулась от голосов в соседней комнате. В первый момент не могла вспомнить, где она, потянулась и открыла глаза. Боже, как же хорошо! Проснуться от голоса любимого брата, а не от пронзительного будильника в общем коридоре, от которого не спасает даже подушка.

– Папа, да все с ней в порядке, – услышала она Богдана совсем близко от своей комнаты, – спит Иренка. Дай ей отдохнуть уже. Каникулы ведь.

Повинуясь интуиции, Ирен вновь прикрыла глаза и натянула одеяло до носа. Скрипнула дверь, донеслись шаги и приглушенный голос брата:

– Видишь, спит ребенок. Мы с Ханом смотрим за ней в оба.

– За ней или за девками? – раздался негромкий сильный голос отца из динамика.

– Прекрати, а? Все с ней будет хорошо.

– Смотрите мне. Если что не так, с обоих шкуру спущу.

Ирен едва заметно сглотнула и пообещала себе не подводить брата и Хана. Угроза отца была вполне реальной. Вацлав не поднимал руку на дочь, а вот жене и сыну доставалось довольно часто. Впрочем, Ирен-то и дома бывала редко: лишь два раза в год, во время коротких каникул. Остальное время проводила в стенах закрытой школы для девочек.