Яхта

— Не знаю, не могу разобрать, – девушка подставила руку к уху прислушиваясь.

— Это же… Нет, этого быть не может. Кто-то просит моей помощи! Я уж думал этого никогда не произойдет! — толстяк ударил себя по щекам с громким шлепком.

Девушка с пышной зеленой шевелюрой ахнула и изо всех сил тоже стала прислушиваться.

— Точно! Водяник, к тебе и впрямь взывают!

Толстяк схватился перепончатыми руками за зеленую лысую голову и подпрыгнул в воде от радости. От его громкого плюха начали расходиться круги на воде, а кувшинки сбиваться в кучу.

— Как давно я ждал этого момента! Обо мне все еще помнят. — По зеленой щеке покатилась мутно-зеленая слеза.

— Обо мне тоже вообще-то, ты слышишь? Русалку тоже вспоминают! — Она весело захлопала в ладоши.

— Ой, о тебе так, заодно. Я ведь божество, а ты нет, — надменно ответил Водяник.

— Ой, не нуди. Давай лучше подумаем, что с ними делать. Спасем может?

— Ну я не знаю.

— Мне кажется они уже и так все поняли, давай спасем. У них же кошки на борту!

— Ладно, уговорила. Котики — это святое! — сказал Водяник и со всего размаха хлопнул в ладоши.

***

Грохот стих, яхту перестало болтать на воде. Маша и Андрей отпрянули друг от друга и смущенно переглянулись. В каюте стало светло, и они увидели, как на кровати спят в обнимку гладкошерстный Саймон и пушистая Вита.

— Мы все еще живы? — неуверенно спросил Андрей.

— Кажется да, — протянула Маша, настороженно вглядываясь в иллюминатор. — Чертовщина какая-то, мы должны были уже давно утонуть после такой волны.

Андрей ущипнул себя, чтобы проверить, не спит ли он и коротко вскрикнул.

— Ай! Это точно не сон. Ты в порядке?

— Да, все хорошо. Меня, кстати, Маша зовут, — она неловко протянула руку Андрею.

— Очень приятно, — парень улыбнулся, аккуратно пожав ее.

— Пошли посмотрим, что происходит на поверхности! — решила сменить тему Маша.

Они вышли на палубу и застыли в изумлении. Дождь прекратился, темная туча ушла куда-то далеко. Маша и Андрей смотрели как завороженные на небо: прямо над ними нависла двойная радуга.

Маша нащупала в кармане брелок с бабушкиной ракушкой, сжала его и тихо прошептала:

— Спасибо.